Рен фыркнул:

— Я видел, как она это делает. Когда искупается.

— Давайте поговорим о чем-нибудь другом, кроме моих волос, хорошо? — предложила я, прежде чем забраться на заднее сиденье, как бешеная паукообразная обезьяна, и задушить их всех.

— Например? — Динь откинулся назад. — Мне уже скучно.

— Ты заскучал, а у нас осталось еще около двадцати часов, — напомнила я ему.

Динь застонал.

— Я не выдержу.

— Я мог бы развлечь тебя, — предложил Фабиан. — Мы могли бы…

— Не надо, — я подпрыгнула, потому что у меня было чувство, что его версия развлечения Диня это не PG-13, и я не хотела быть свидетелем этого. Мой взгляд остановился на Летнем Принце. Очевидно, что ему нравился Динь, но фейри нравились все, кто умел ходить и у кого была дырка. Меня охватила волна смущения… — Давай поговорим о тебе, Фабиан.

Летний Принц положил руку на спинку сиденья и наклонил голову.

— Без проблем.

— Конечно, нет, — пробормотал Рен себе под нос.

Я с трудом сдержала улыбку.

— Сколько тебе лет?

Летний Принц приподнял бровь. На вид ему было около тридцати, но инстинкт подсказывал мне, что это не его настоящий возраст.

— Старше, чем некоторые деревья, посаженные вдоль этой дороги.

Так что мои подозрения оказались верны. Я взглянула на Рена и увидела, что он слушает.

— Тогда это означает, что ты кормишься, потому что ты точно не стареешь, как Таннер.

— Я — Принц. Весь королевский двор кормится.

— Неужели? — сказала я, моя рука дернулась у меня на коленях. Таннер умолчал об этом.

— Тебе не нравится это слышать, — на его лице появилась ухмылка. — И все же ты кормилась, чтобы спасти свою жизнь.

— Это был не мой выбор, — сказала я.

Динь снова наклонился вперед.

— Но Фабиан упускает из виду, что у них есть люди, которые добровольно хотят, чтобы ими кормились. Их никто не принуждает.

Мои брови поползли вверх.

— Добровольно, без принуждения? Я помню людей, которые были у Дрейка в том доме. Некоторые из них выглядели так, словно хотели быть там, но я сомневаюсь, что кто-то из них знал, во что они ввязываются.

По лицу Фабиана пробежала тень.

— Те, кто дает нам честь кормится от них, делают это без всякого принуждения. Они знают, кто мы такие. Они хотят помочь нам так же, как мы помогаем им.

Я ни на секунду в это не поверила.

— И как же ты им помогаешь?

— В моем сообществе мы защищаем смертных, которые позволяют нам питаться. Они ни в чем не нуждаются. Деньги. Медицинская помощь. Безопасность.

Мне это напомнило эскорт, но я решила оставить эту мысль при себе.

— И они знают, на что вы, ребята, способны? Как вы можете истощать их до такой степени, что они превращаются в безмозглых, психически больных существ?

Его глаза сузились.

— Мы никогда не берем больше, чем нужно. Если бы кто-то из моих подданных сделал это, он был бы казнен на месте.

— Правда? — взгляд Рена метнулся к зеркалу заднего вида. — Довольно жестко для расы существ, которые всегда ставили себя на первое место.

— Как будто ты что-то знаешь о нашей расе, — ответил Фабиан. — Мы пробыли здесь гораздо дольше, чем ты думаешь. Подумай над этим.

— Я и думаю, — сухо ответил тот.

— Вы ничего не знали ни о Летнем дворе, ни о том, что наши дворы поселились здесь.