«Децию Цецилию Метеллу-младшему шлет привет Гипатия, подруга благородного Орода, посла царя Фраата III Парфянского. Мы никогда с тобой не встречались, но у меня имеется для тебя важная информация касательно Парфии, Рима и Ификрата Хиосского. Жди меня сегодня вечером в Некрополе, возле могилы Хопшефа-Ра. Это самая большая гробница в южной части некрополя, а над нею возвышается Обелиск Сфинкса. Я приду туда, когда взойдет луна, и буду ждать тебя один час».

– Думаешь, это ловушка? – спросил я.

Он разинул рот:

– Думаешь, это может быть что-то кроме ловушки?

– Вполне возможно. Эта женщина уже сообщила Юлии, что имеет доступ к переписке между Ификратом и парфянским царским двором. И я смею надеяться, что у нее имеется еще что-то, что она считает ценным.

– А зачем ей предавать Парфию?

– Она же гречанка, а они всегда готовы предать кого угодно. Кроме того, она гетера, компаньонка, временная подруга, нанятая исключительно для того, чтобы развлекать посла. Он в любой момент может вернуться домой, к своей жене, а ей придется искать себе другого покровителя, но в этот раз она будет на несколько лет старше, чем теперь. Это не тот тип отношений, который подразумевает безоговорочную преданность.

– Тебе просто нужен предлог, чтобы отправиться на эту встречу и опять попасть в беду, – заявил Гермес.

– Должен признать, отчасти это верно. Кретик запретил мне и дальше заниматься этим делом, а это, по моему глубокому убеждению, скорее напоминает работу бестиария в цирке, который дразнит быка красной тряпкой.

– Этим платком, – заметил Гермес, – машут для того, чтобы выманить глупого быка и подвести его под удар копья.

– Не шути с моими метафорами. Или это было сравнение? Ладно, я пошел.

И вот, получив выговор от римского чиновника и предупреждение от раба, я отправился на интригующее свидание с высококлассной греческой проституткой.

Конечно, на моем пути попадались и небольшие компании, и запоздавшие граждане, возвращающиеся с вечеринок, научных симпозиумов, из гостей, с тайных любовных свиданий. Как я приметил, александрийцы не всегда ложатся спать с заходом солнца, как это принято у моих соотечественников.

Большую часть пути я проделал по улице, тянувшейся параллельно гавани. Справа от меня возвышался Фаросский маяк, освещая ночное небо. Зрелище было весьма впечатляющее. Я миновал храм Посейдона и северную границу македонских казарм, два огромных обелиска, прошел несколько рядов складов, от которых исходил сильный запах папируса. У Лунных ворот я повернул на юг и двинулся дальше по улице Сомы, а потом вышел на Канопскую дорогу. А по ней, уже никуда не сворачивая, я добрался до ворот Некрополя.

Тут мне пришлось заплатить стражнику, чтоб он открыл мне калитку. Да, этот человек занял очень выгодную должность, ведь Некрополь был популярным местом тайных встреч и любовных свиданий.

– Как мне пройти к Обелиску Сфинкса? – спросил я у него.

– Прямо через ворота, там будет улица Сета. После иди на запад, пройдешь три квартала и сворачивай налево, на улицу Анубиса. И через два квартала увидишь Обелиск. Не заблудишься.

Я поблагодарил его и пошел, куда было указано.

Кому-то кладбище может показаться не самым подходящим местом для любовных свиданий, но Некрополь Александрии – это нечто совершенно иное, не похожее ни на что из того, что я видел до тех пор. Своей планировкой он напоминает обычный город – широкие и прямые улицы, только на них стоят не дома, а усыпальницы. И еще не стоит забывать об устройстве египетских гробниц.