Нэш взглянул на часы. Было ровно пять.

— У нас не очень много времени, — сказал он. — Погрузимся и полетим-ка.

Как только он это выговорил, как зеленые береты уже закидывали шесть огромных сундуков в оба «Хьюза». Погрузившись, дюжина разделилась на команды по шесть и запрыгнула внутрь.

Потом оба вертолета поднялись, оставив на плоту Натана Себастьяна держаться за свою глупую шляпу.

* * *

«Хьюзы» парили над снежными вершинами.

Рейс сидел в конце салона, в изумлении уставившись на горные кручи, что проносились внизу.

— Итак, господа, — в наушниках зазвучал голос Нэша. — Думаю, у нас осталось где-то два часа дневного света. Мне бы хотелось успеть как можно больше в эти часы. Первое: надо найти это изваяние. Вальтер? Габи?

Чемберс и Габи Лопес сидели в первом вертолете рядом с Нэшем. Оба «Хьюза» пролетали над горами, над рекой Паукартамбо, к трем деревушкам, о которых говорил манускрипт Сантьяго: Паксу, Тупре и Ройе.

Итак, думал Рейс, то, для чего Ренко Капаку и Альберто Сантьяго понадобилось одиннадцать дней, они преодолели за пятьдесят минут. Час парили над рваными пиками Анд, а потом вдруг горы раздвинулись, и Рейс увидел, что под ним во все стороны расстилается зеленый ковер. Удивительное это было зрелище. Начало бассейна реки Амазонки.

Они летели на северо-восток, низко над джунглями; рев моторов взрывал тихий вечерний воздух.

Они пролетели над реками, долгими толстыми коричневыми линиями, что змеились в непроходимом лесу. Иногда, на берегу реки попадались остатки старых деревень, некоторые — с каменными руинами посреди площадей, другие — просто заросшие травой.

Рейс заметил слабое электрическое мерцание на темнеющем горизонте.

— Шахта Мадре де Диос, — сказала Лорен, перегнувшись через него, чтобы взглянуть на шахту. — Одна из самых больших открытых шахт в мире, и одна из самых удаленных. Самое цивилизованное место в этой глуши. Просто большая конусообразная яма. Я слышала, что в прошлом году ее покинули. Наверное, снова откры...

В этот момент по радио послышались взволнованные голоса. Чемберс и Лопес оживленно о чем-то переговаривались, что-то про деревню внизу.

Потом Рейс услышал голос Фрэнка Нэша. Он приказывал идти на посадку.

Оба вертолета приземлились на пустыре возле реки, пригнув длинную траву. Нэш, Чемберс и Лопес вышли.

Несколько каменных памятников, заросших мхом, стояли посреди пустоши. Внимательно рассмотрев их и сравнив с записями в блокнотах, Чемберс и Лопес сошлись на том, что здесь располагалась деревня Ройя.

Когда название было установлено, Рейс и прочие спустились. Начались поиски в джунглях. Через десять минут Лорен нашла первый каменный тотем метрах в пятистах к северо-востоку от деревни.

Профессор с почтением воззрился на огромный каменный тотем.

Он оказался намного страшнее, чем Рейс представлял себе.

Высотой он был футов девять, и весь сделан из камня. Его покрывали отметки вандалов — распятия и христианские символы, нацарапанные конквистадорами четыреста лет назад.

Но изображение рапы было страшнее всего, что ему доводилось видеть.

С него стекала жидкость. И это влажное покрывало странно преображало рельеф — он казался живым.

Рейс с усилием сглотнул, стоя перед ветхим изваянием.

Господи Иисусе.

После первой находки команда поспешила обратно к вертолетам, чтобы взлететь.

Вертолет Нэша летел впереди низко над джунглями, в направлении, указанном хвостом рапы.

В наушниках Рейс слышал голос Нэша:

— Магнетометр! Как только уловим второй тотем, включим огни...

— Понял...

Рейс нахмурился. Он хотел спросить кого-нибудь, что такое магнетометр, но не хотел выставить себя совсем уж деревенщиной перед Лорен.