Языки света в последний раз мигнули и погасли, огненная река исчезла, и король ясным и трезвым взглядом окинул поле битвы. Скелет короля возглавлял армию скелетов, разбросанных в разных позах по всему пространству тропы. Все мясо с костей было сорвано, а все доспехи и оружие застывали на камнях лужицами расплавленного металла.

Меч — Наследие Орима — успокоение гудел в его руках, ожидая пока его господин не разбудит его снова. «Скоро! — пообещал мечу Гэйлон. — Очень скоро!»

И почувствовал, как в его сознание снова вторглась неистовая душа Орима. На Ксенарской равнине было еще немало солдат Роффо, и многие из них должны будут встретить смерть, прежде чем король остановится.

— Сир…

Гэйлон медленно повернулся и еще медленнее сосредоточился на лице герцога Госнийского, на котором смешались вместе слезы и кровь.

— Вы победили, милорд. Виннамир спасен. Люди Роффо бегут. — Дрожащие, осторожные пальцы юноши легко коснулись запястья короля. Голос герцога вкрадчиво произнес: — Позвольте мне взять меч, сир. Он вам больше не пригодится. Я сумею надежно сохранить Наследие.

Раздавшийся внезапно громкий, невеселый смех эхом отразился от стен ущелья и так же резко оборвался.

— Оставь его, парень!

Дэви оглядел каменные уступы у себя над головой и заметил высоко на восточной стене маленького старика в черно-синей свободной накидке. Дэви сразу узнал острый подбородок, высокие скулы и длинные седые волосы, которые трепетали на ветру, — Сезран, брат-близнец Миск и создатель Кингслэйера.

— Оставь его, не трогай. Он далеко еще не закончил! — снова выкрикнул маг.

— Нет! — крикнул в ответ Дэви, так неловко повернувшись, что рана в плече снова заболела. И снова он попытался привлечь к себе внимание Гэйлона, умоляя его: — Милорд, прошу вас, вы уже все сделали. Отдайте мне меч.

— Он ни за что не расстанется с подобным могуществом, — снова крикнул с высоты Сезран. — Ты слишком многого от него хочешь, Дэвин Дэринсон. Гэйлон уже принес свои жертвы задолго до того, как село сегодняшнее солнце. Беги, парень, спасайся, пока можешь. Найди какой-нибудь укромный уголок и укройся там. Заройся в землю и не выглядывай, потому что очень скоро от этого мира не останется камня на камне.

Запрокинув голову, Дэви посмотрел на мага:

— Ты хочешь, чтобы он умер. Ты хочешь забрать Кингслэйер себе, но ты никогда его не получишь. Никогда!

Гэйлон пошевельнулся, и Кингслэйер в его руке ожил, загудев громче. В отчаянье Дэви схватился обеими руками за поперечину гарды и потянул.

Король ударил его локтем в ухо. В глазах Дэви потемнело, и он тяжело упал на землю, ударившись о камни раненым плечом. Острая боль заставила его на мгновение потерять сознание. Очнувшись, он услышал сквозь боль тяжелые шаги Гэйлона по камням. Смех Сезрана наверху оборвался, и юноша, осознав, что Гэйлон ушел, заплакал в бессильном отчаянии.

— У тебя снова открылась рана. — Ласковый, но исполненный глубочайшего сожаления голос Мартена, заставил Дэви взять себя в руки. Эрл Нижневейлсский присел рядом с ним на корточки и положил руку ему на плечо.

— Пожалуй, нам лучше последовать совету старого мага, Дэви. Давай выбираться отсюда.

Тяжесть на сердце перевесила боль в плече.

— Я не могу оставить его одного.

— Он не помнит, не узнает тебя. Он прикончит нас с тобой так же бездумно, как убил Арлина и Ринна. Из ближайших друзей короля остались только мы с тобой, Дэви… — Эрл помолчал. — Все ушли. Ксенарские солдаты рассыпались по всему Нижнему Вейлсу.