— Моя голова — не самое ценное, что Аид может получить. Не думаю, будто у него нет других забот.

— Забот у него по горло, как и у прочих. Назревает что-то нехорошее для подземного царства и укрывшихся здесь богов. Что-то, сравнимое, пожалуй что, с великим изгнанием.

Под великим изгнанием Фол, очевидно, подразумевал свержение богов с Олимпа. Когда-то давно люди плюнули на все ритуалы и почести, подобно Танталу возгордились и оставили так давно живших рядом с ними богов. Боги, бессмертные и не очень, вынуждены были бежать с Олимпа в подземное царство, куда человеческий атеизм еще не успел просочиться. Здесь жили теперь боги, утратившие былое могущество, и стали они подчиняться радушно принявшему их хозяину подземелий, грозному Аиду.

— В чем же причина подозрений?

— Богов становится все меньше, Хрон, — объяснял кентавр. — Они исчезают. И дело не в вере людей в могущество бывших олимпийцев, а в чем-то другом. Первым пропал кровожадный бог войны Арес. Следом за ним исчезла жена Аида, Персефона. Поговаривают, будто и сам Зевс бесследно исчез. Сколько не допрашивал владыка мертвых душ своих подчиненных, не смог он найти концов.

— Я об этом не слышал, — признался Хрон.

— Об этом поначалу старались умалчивать. Но тайное рано или поздно становится явным, друг. Аид не смог утаить исчезновения жены и одного из главных генералов (насчет Зевса я до сих пор не уверен, не думаю, что верховный бог и в самом деле пропал).

— Есть какие-нибудь версии?

— Версий-то много, — кивнул кентавр, — да толку никакого. Одни говорят, будто близится конец света, другие утверждают, что низвергнутые в Тартар титаны во главе с Кроносом возвращаются.

— А сам как думаешь?

— Я предпочитаю вообще не думать на сей счет. Мне осталось не так уж много времени, и я хочу прожить его без лишних раздумий.

Мясо в кувшине закончилось. Кентавр развалился на подстилке, почесал большое пузо и спросил:

— Так все же с какой целью ты вновь спустился к нам?

— Я ищу сад Гесперид.

— М-м-м, — промычал в задумчивости Фол. — Этот сад далеко отсюда. Но где именно, я не знаю. Могу сказать лишь, что пробраться в него сложнее, чем в опочивальню Аида.

— У меня нет выбора.

Хрон вспомнил слова, звучавшие в приказании Хозяина. Дорога до сада Гесперид обещала стать лишь быстрой прогулкой туда и обратно.

— Выбор есть всегда, друг. Это главная и, пожалуй, единственная истина подземного царства. Выбор есть всегда…

— Ты прекрасно знаешь, что я человек подневольный.

— Что мешает тебе восстать против своего Хозяина? — удивился Фол. — Ты самый удачливый смертный из всех, когда-либо спускавшихся в Аид. Ты ловок и силен, ты умен. У тебя есть все задатки, чтобы надрать задницу своему Хозяину.

— Я его ни разу не видел. И не думаю, будто «надрать задницу» ему так легко.

— Так найди! Сколько можно выполнять для него поручения, грозящие гибелью?

Хрон почувствовал, как в самом деле захотел непременно встретиться с Хозяином. Не просто встретиться и преклонить колено, упасть ниц или как-там-еще-выказывают-почести-своим-боссам. Но увидеться с ним. И спросить, почему…

— Почему ты не помнишь своего прошлого, Хрон? — будто прочитав мысли гостя, вопросил кентавр. — Почему ты после каждого посещения Аида впадаешь в спячку? Неужели тебе не интересно получить ответы на эти вопросы?

Хрон внутренне признался, что ему интересно. Раньше было плевать. Теперь — интересно.

— Я в курсе твоих подвигов в подземном мире, — продолжал Фол.