— Угасание… — тихо прошептала Ласка.

— Это и есть угасание? Что с ним? — спросил я, но девушка не стала отвечать, просто опустила голову ещё ниже и чуть отвернулась, а эмпатию кольнуло грустью и жалостью.

Нахмурившись, я решительно направился к бедолаге и попытался помочь.

— Парень, ты как? В порядке? Что с тобой? — задал я ему вопрос.

В ответ он не сказал ничего, лишь продолжил бормотать себе под нос:

— Девяносто два семнадцать, сорок восемь двадцать. Тридцать три четыре восемь, сорок семь пятнадцать… — тихо шептал он. Причём это был не просто поток случайных цифр. Он будто бы.. читал стихи?

— Эй, очнись! — повторил я уже без особой надежды и применил регенерацию, а затем облачную чистоту — заклятие, снимавшее дебафы.

— Он не понимает тебя, — покачала головой Ласка.

— Ты можешь толком пояснить, что это за хрень?!

Ласка отошла на шаг, видимо испугавшись моего голоса. Но затем всё же ответила:

— Каждое воскрешение забирает частичку души. Я говорила.

— Говорила, — подтвердил я. — Но что это значит? Ему можно как-то помочь? Зачем на нас вообще спускают монстров, если потом получается.. вот это?

— Так делает только мастер Танатос. Так он заставляет нас учиться выживать и становиться сильнее. Только в реальном противостоянии можно получить настоящую силу. Но.. в городе много способов умереть.

— Ну офигеть теперь, — прокомментировал Терми. Они с Дракошей тоже решили подойти к бедолаге следом за нами.

— Естественный отбор, — хмыкнула Фай.

— Тело не может существовать само по себе. Поэтому место души занимает стихия, — тихо пояснила Ласка. — Только…

В этот момент парень вдруг словно бы только что заметил нашу компанию, отшатнулся, посмотрела на меня безумным взглядом и прокричал:

— Сорок пять шестнадцать восемь! Девяносто три сто семь!

В руках его возник нож, от которого исходило странное белое свечение. Неестественное свечение. Будто текстуры поплыли и теперь просвечивали объёмными пикселями. Чем-то это напоминало способность Терми, только намного, намного интенсивнее!

Ласка оказалась быстрей. Девушка поднырнула под руку безумцу и зарядила ему локтём в нос, а затем пнула в живот. Бедолага отлетел и повалился на живот без движений.

— Он жив? — с любопытством спросил Терми.

— Что у него было с глазами? — спросила Дракоша.

— С глазами? — не понял я. Честно говоря, просто не успел обратить на это внимания — слишком всё быстро произошло.

— У него вместо зрачков были кубики. Вращающиеся кубики!

— Это стихия Фрактала, — пилигрим побледнел, будто знал нечто страшное, недоступное нам.

— Фрактал? — переспросил я.

— Впервые слышу об этой стихии… — тихо прошептала Ласка.

— Потому, что я единственный её носитель, — так же тихо ответил Терми. — Тан говорил, кроме меня фрактальных магов не существует.

— Значит, существуют, — заключила Дракоша.

— Нет… не похоже, чтобы он этим управлял. Скорее это стихия ему диктует, что делать, — пилигрим обернулся к Ласке. — Говоришь, душу заменяет стихия? Как это выглядит обычно?

— Обычно угасшие просто смотрят в одну точку и ни на что не реагируют, кроме магии своей стихии. Странно… — шепнула Ласка.

— Что странного? Лас, что ты знаешь? — спросил я.

— Обычно угасшие не опасны. Я впервые вижу, чтобы один из них нападал на кого-то. И оружие.. у него ведь нет разума.