— Что это.. мать твою.. было..? — с трудом спросил инженер у Ласки.

— Истервис, — равнодушно пожала плечами она, отряхиваясь от пыли. Тень уже успела прийти в себя. Через что же ей пришлось пройти здесь до того, как в башне Смерти появились мы?

— Нежить или какой-то голем? — уточнил я.

— Магистр как-то создавал при мне такого, — тихо ответила девушка. — Маги огня заколдовывают кости на временный иммунитет к пламени, а затем скелет помещается в расплавленное серебро…

— Почему именно серебро? — удивился я.

— Димагический материал, — пояснила за неё Дракоша. — На серебро нельзя воздействовать магией.

— Какой же конченый урод придумал эту срань? — с отвращением скривился инженер.

— Древние. Некроманты-артефакторы тари, — тихо сказала Ласка.

Тари… это ведь моя раса. Интересная, должно быть, история у моих здешних предков, раз они выдумали такое!

— Так жить не вариант, — с тяжёлым вздохом резюмировал Сайрис. — С этого мудака Тана станется спускать на нас нечисть даже пока мы спим. Однажды я точно набью ему морду.

Сказанно это было с таким ледяным спокойствием, что я сразу поверил: набьёт и как следует.

— Есть предложения? — хмыкнула Дракоша.

Но на этот раз Сайрис промолчал. Лишь зло сжал зубы и посмотрел на тело валявшегося перед ним монстра.

— Ласка, а ты где спишь? — обратился я к тени. — Я так понимаю, ты не живёшь тут?

— Страшны не монстры, — ответила она. — Страшны люди, которые знают, где я живу.

— А от монстров как спасаешься по ночам?

Ласка пожала плечами:

— Меняю место. Сплю там, где сложно подобраться бесшумно. Ставлю ловушки. Развешивать обереги от злых духов и магии…

— Мдэ… — потянул инженер. Перспективы такой жизни его не прельщали.

Как и всех нас…

Интерлюдия. Шестирукая смерть.

— Что-то происходит, великий Ректор. Что-то тёмное и недоброе заворочалось на дне города в покинутых доменах.

— Это не доклад, магистр Энкейл. Особенно если учесть, что ты сам — магистр Мрака. Хотелось бы немного больше конкретики.

— Всепожирающая Сфера пала, а лис из великой библиотеки перестал выходить на связь, — задумчиво заметил невысокий светловолосый парень, в волосах которого клубились маленькие частички поглощавшей свет тьмы.

Магистр мрака был задумчивым и немного потерянным, будто всё время пребывал мыслями где-то далеко отсюда. Его бесцветные серые глаза смотрели словно не на людей, а сквозь них. Танатос про себя отметил, что сегодня он куда серьёзнее, чем обычно.

Энкейл выглядел самым младшим среди старших магистров Доминиона. На вид ему было лет семнадцать-восемнадцать, и сам он напоминал подростка, что обычно ещё больше подчёркивал нарочито добродушной манерой общения и наивностью.

Каждый раз глядя на него, Танатос удивлялся, как за такой милой и безобидной внешностью может прятаться сильнейший маг тьмы и глава некромантов академии. Впрочем, общение с мертвецами не было сутью его силы, как и сам Тан считал себя больше воином, чем жрецом.

— Крысы нижнего города заволновались, — заметил магистр Джеро.

— Незуми? — удивился Ректор. — Стоит ли это нашего внимания, особенно сейчас, когда до конца первой фазы осталось так мало?

— Они ведь, кажется, поклонялись этому монстру, не так ли? — вслух задумалась молодая девушка с короткими светлыми волосами и мягкими чертами лица. В кругу всех собравшихся, среди суровых повелителей Доминиона, она выглядела ненамного уместнее Энкейла.