Уже спустя миг тело дрогнуло, а на месте ран начали появляться белые вспышки всё той же фрактальной магии. Нападать в лоб и с расстояния — плохая затея с моей слабостью в атакующей магии. Упор стоит делать на навыки жреца. Пусть их и мало, но из-за высокой мудрости они никогда не подводили.

Я применил водное тело и выпустил туман. Затем облачными владениями я начал ощущать себя единым потоком со своими заклинаниями. Вся вода вокруг стала мне подчиняться — фактически всё поле боя могло стать источником моей магии воды — теперь я мог применять её без участия рук или посоха.

Казалось бы, идеальная тактика. Не появляться самому в зоне видимости и насылать атакующую магию из-за угла, не попадаясь под ответный удар. Не каждый враг догадается атаковать пар или воду, да и не каждый сумеет это сделать.

Но вот этот ублюдок сумел.

Меня будто бы обожгло кислотой. Стало больно, одновременно жарко и холодно. Я едва успел отменить заклинание и выпасть из потока водного пара на каменный пол. Не знаю как, но враг безошибочно меня определил и сумел ранить чем-то вроде белой сферы Терми.

— Семь, пятнадцать, сорок восемь! — расхохотался безумец, странно наклонил голову на бок и побежал ко мне.

Руки противника превратились в две белые клешни из сонмов кубиков.

Я сформировал на его пути облако раскалённого пара, а сам отпрыгнул. Но боли враг, видимо, не чувствовал. Даже здоровье его не просело, несмотря на то, что в местах многочисленных ожогов появились новые светящиеся язвы.

Значит, даже отвлечь его этим не получится. Но для активации жреческих умений нужно было подобраться поближе, и быть приэтом в нормальном виде. В форме воды я не мог произнести ни слова, а молитвы, в отличии от заклинаний, требовали обязательно повторять нужные слова.

— Да обретёшь ты…

Рывок со вспыхнувшими на дороге кубами, и я едва не лишился головы.

Спасла кошачья ловкость. Раса тари сама по себе добавляли немного гибкости и рефлексов.

Уже падая, я активировал водное тело и благодаря ему перетёк врагу за спину. Развеял магию, положил руку на спину врага.

— Да обретёшь ты покой в объятиях её!

Враг упал на колени, безучастно уставившись в пол. Божественный навык сработал как надо и в этот раз. Оставалось одно — через несколько секунд он очнётся, а связывать или пытаться его вразумить — бесполезно. Но пока он жив, чёрные тени продолжают теснить Терми и незнакомую девчонку.

Что ж, раз уж ему плевать на мой пар, придётся делать это руками.

Я призвал инвентарь и вытащил меч.

Но в этот момент на помощь своему воскрешателю бросился мёртвый ученик домена Земли. Заклятие поднятия фрактальной нежити сработало с задержкой.

Переставший быть разумным существом монстр глупо свесил голову на бок. Изо рта вывалился язык, и враг медленно побрёл в мою сторону, протягивая руки. Застёжка в виде ветвистого дерева, символа их башни, переломилась, и на пол полетел зелёный плащ.

— Шолок… фошем… — что-то попытался сказать он, но с высунутым языком это было проблематично.

Нежить. То есть на самом деле не совсем, но молитва упокоения может сработать.

— В покое обрати свой мрак к рассвету! — призвал я упокоение, и врага отбросило на несколько шагов назад.

В тот же мин я вновь повернулся к его создателю — и как раз вовремя — тот уже отмер.

Меч просвистел мимо — враг уклонился и контратаковал белой клешнёй.

Соприкоснувшись с мечом, клешня обратила в белые кубики треть клинка. Враг сделал шаг в сторону и занёс вторую клешню на уровне живота.

Водное тело.

Заклятие чудовища прошло мимо — прямо над лужицей, которой я стал с помощью всё ещё активных облачных владений.