— А магия крови, звёзд, псионика, порча..? — припомнил я ещё четыре направления магии в Мельхиоре.

— Ну, эти виды магии не зря называют научными. Каждая из них имеет свой подход. Кровь это не совсем стихия, а скорее аспект, и одержимость кровью — это служение её хозяину. Примерно то же самое и у псионики. Звёздная магия — это спектр малых аспектов вне основных стихий. Управление гравитацией, изменение законов природы, чистая магическая энергия. Но у них стандартное угасание стихийников. Про одержимых порчей не слышала. Это даже не стихия способность магически воздействовать на бактерии и споры.

— Ясно. И куда в этом разделении будет относиться фрактал?

— А вот это — хороший вопрос… Хотела бы я сама знать, — девушка надолго погрузилась в молчание, наслаждаясь чаем и поделившись местным светящимся аналогом дынной булочки.

— Кстати, — вдруг спросила Циана и тон девушки чуть изменился. — А Ворон из ваших, да? Башня Смерти? Я спрашивала у механистов Мракрии…

— Что за ворон? — не сразу понял я.

— Сайрис Серокрыл, — пояснила эльфийка.

— Да, такой у нас есть, — хмыкнул я. — Не знал, что вы знакомы.

Эльфийка покраснела и отвела взгляд.

— Мы не знакомы. Видела его недавно в башне Механистов. Так как, ты его знаешь?

Похоже, суровые бородачи сейчас в моде.

17. Поединок.

— Рейтинг, — отрывисто и глубокомысленно изрёк Энкейл. — Через три месяца пройдёт первое испытание, которое определит новый порядок сил среди младших учеников академии. И только от вас и вашей команды зависит, какое место в нём вы займёте.

Это был именно тот магистр, кого мы встретили сегодня утром, и кто выручил нас с Лаской от бессмысленного мордобоя.

Впрочем, меня как раз его вмешательство ни от чего не освободило. Ведь дуэль будет не когда-нибудь, а сегодня. Вот, прямо сейчас. Красным циклом называли время после основных занятий.

Время в этом мире делилось на несколько циклов по четыре часа, большая часть из которых определялась светом оплетавших башню и окрестности цветов корнецвета.

Последняя лекция на сегодня была обязательной. Об этом сегодня всем сообщали крысы всем новичкам, в первую очередь нашей тридцатке выживших где-то за пределами города. Я больше в тот момент рассматривал их, чем слушал добродушного с виду магистра, с непонятным классом «ноктюрн».

Вёл себя Энкейл так же, как и в первую нашу встречу — а именно, удивительным образом сочетал в себе детскую непосредственность и безобидность с во взрослой серьёзностью, мудростью и странной аурой угрозы.

Я разглядывал присутствующих на лекции и пытался понять, чем мы отличаемся от всех прочих учеников академии. Какими были мои забытые и забывшие меня товарищи, выжившие в таинственном походе?

Ну, разными, очень разными.

Внимание привлёк чуть пухловатый рыжеволосый маг со змеиными глазами. Воздух вокруг него накалялся от едва заметной магии. Вот стоит себе такой толстячок с умным видом, а воздух вокруг него словно плывёт.

Не менее толстая девица, вокруг которой сидели три призванных химеры. Лопоухий парень с эмблемой из расходящихся стрелок хаоситов, тощий и какой-то потерянный, не смотря на довольную улыбку. Лесат, с обоими своими подружками…

Я вдруг понял, что общего между всеми ними.

Зверяне. Пухлый рыжий маг — змеелюд асу. Девушка — волчица аму, кажется. Хаосит лис чиффари. Лесат, как недавно выяснилось, енот тануки.

В академии были представлены множество разных рас. В основном всякие классические эльфы — солнечные, лунные и дроу, два вида дворфов, хафлинги, люди и орки… Звери же среди них встречались, но были большой редкостью.