— Не смеем тебя задерживать! — прокричал кто-то; взрыв смеха последовал за этой шуткой.

— Вот и хорошо, — спокойно ответил Ридж. — Желаю всем спокойной ночи.

— Подожди, Ридж! — остановила его Эррис. — Ведь Час Невесты еще не прошел.

— Она может провести его вместе со мной. — Надменно кивнув головой — жест, который он перенял у Квинтеля, — он вышел.

Выйдя из зала, он остановился. Смятение снова охватило его. Предчувствие, что происходит что-то непонятное, нарастало. Нахмурясь, он шел колоннадой, направляясь в комнаты Кэлен. Даже мысль о том, что его ждет невеста, не принесла ему радостного предвкушения.

Красный свет Симметры отражался в покрытых дождевым камнем дорожках сада. Ридж тихо, словно осторожный хищник, крался в тени.

Он уже был на полпути к своей цели, как вдруг заметил мелькнувшую среди кустов накидку Кэлен. Ридж остановился как вкопанный, рука легла на синтар. Сначала он даже не поверил своим глазам.

«После всего, что между нами было?!» — чуть не задохнулся Ридж от ярости. Как она смеет добиваться Квинтеля, особенно после того, что произошло между ней и Риджем прошлой ночью?! Как она смеет разыскивать его?!

Но направление, в котором она шла, не оставляло места для сомнений: в этом крыле большого дома располагались только покои Квинтеля.

Жгучая ненависть окатила Риджа горячей волной. Его невеста в брачную ночь идет к другому мужчине! Такого он не мог представить. Неистовая злоба охватила его, он знал, что, достань он сейчас синтар, тот накалился бы докрасна. Ридж собрал всю силу воли, чтобы остановить безудержный гнев, шагнул в сад и в мертвой тишине пошел за Кэлен по пятам.

Кэлен дошла до конца сада и дрожа остановилась у колоннады. Она едва переводила дыхание, в груди теснило. Ночь окружала ее черным, непроницаемым покрывалом, нагоняя тоску и страх.

Она бессильно оперлась на колонну; пальцы судорожно сжимали пакетик с ядом. Неожиданной вспышкой в мозгу пронеслась мысль, что эта ночь — последняя в жизни. Ей показалось, что вид человека, убитого ее собственными руками, доведет ее до смерти. Никогда еще ей не было так плохо. Все внутри протестовало против того, что предназначено было сделать. Тело и разум восставали против уготованной судьбы. Олэр предвидела, как будет трудно, и пыталась уберечь от слабости, которая появилась в ней. Олэр предупреждала ее.

Кэлен с трудом заставляла себя идти. Весь мир сосредоточился в этом маленьком отрезке пути. Воля покидала Кэлен, нервы начали сдавать. Она хотела бросить, уступить могучим силам, ставящим преграды на ее пути. Она мечтала, чтобы восстали легендарные Лорды Рассвета, сошлись бы Ключи, объединились бы Темные и Белые Камни; чтобы случилось все что угодно, любая катастрофа, только бы избавить ее от тяжелого долга.

Вход в покои Квинтеля не охранялся. Кэлен заранее придумала, что скажет, если ее застанут, но никто не остановил ее. Квинтель ничего и никого не опасался в собственном доме. Казалось, что пакетик яда стал ледяным, а может, ледяными стали пальцы, сжимавшие его.

«Это твой долг, Кэлен. Ты последняя в Доме, кроме тебя, некому отомстить». Слова Олэр неустанно звучали в голове, пока она пробиралась в покои Квинтеля.

«Твой долг».

Кэлен коснулась массивной металлической ручки, отчаянно ища в себе силы повернуть ее. Дверь немного подалась, и тут Кэлен поняла, что стоящая перед ней задача невыполнима.

Она проиграла.

Неожиданно кто-то сильно обхватил Кэлен сзади, зажав рукой рот. Крик застрял в горле. Прежде чем напавший заговорил, она уже точно знала, кто это.

— Будь ты проклята до самого конца Спектра, — прошипел ей на ухо Ридж.