Этот день стал самым мрачным в жизни Лейтона. Даже смерть в эту минуту показалась бы ему избавлением. Молодой человек и не предполагал, что именно с этого момента его жизнь круто изменится. Мысль о спасении показалась бы ему безумием. Ведь негодяй, ставший свидетелем его последнего унижения, грубый мужлан, полный презрения к никчемному аристократишке, был, несомненно, счастлив видеть позор потомка некогда славного рода. Над Лейтоном одержал победу капитан, выходец из простонародья, человек с дурными манерами, достаточно жестокосердный для того, чтобы поверить обещанию дворянина расплатиться при первой же возможности. Он лишь расхохотался в лицо Лейтону, заставив изнеженного надушенного лорда стать простым слугой на «Невидимке», его судне, чтобы отработать долг до последнего пенса.

А «Невидимка», бригантина капитана Седжвика Кристофера, не имела ничего общего с пузатыми, изъеденными червоточиной купеческими судами. Это был шестнадцатипушечный корабль, а официальное каперское свидетельство, об имевшееся у капитана, позволяло безнаказанно уничтожить любое судно, на которое пало бы подозрение в неповиновении короне. И пока Англия и Франция, не в силах решить свои разногласия миром, истекали кровью в Семилетней войне, «Невидимка» рыскала по морям, умножая славу своего короля и благополучие своего капитана.

Ничего не зная об этой стороне жизни, которая показалась ему сродни аду, еще не придя в себя после собственного недавнего разорения, изнеженный юный лорд вдруг неожиданно почувствовал, что должен выжить любой ценой. Лейтон принял вызов судьбы, твердо зная, что придет однажды день, когда он вернется, чтобы отомстить за позор, выпавший на его долю.

Первые дни и месяцы в открытом море стали для недавнего баловня судьбы не только тяжким испытанием – они закалили его и сделали зрелым мужчиной, способным переносить лишения без единого слова жалобы. От рождения стоявший на самой вершине социальной лестницы, теперь Лейтон безропотно драил палубу, смывая кровь и грязь, а рядом с ним орудовал шваброй загорелый оборванец. Лейтон узнал, каково закоченевшими руками убирать паруса, когда от усталости и соленых брызг режет в глазах и почти невозможно отличить холодное серое небо от серо-стальной пучины моря. Вскоре он стал канониром, и в бою, когда матросы готовились кинуться на абордаж, от Лейтона зависело многое. Когда, промерзнув до костей и полуживой от усталости, он валился на койку в тесном и душном кубрике, единственным, что давало ему силы выжить, была мысль о мести.

Шли годы. Он доказал и другим, и самому себе, что вполне способен выжить на борту «Невидимки», став сначала марсовым, затем рулевым и, наконец, капитаном брига. И что самое важное – ему удалось заслужить уважение команды.

Но еще удивительнее было то, что даже в глазах Седжвика Кристофера появилось нечто похожее на восхищение Лейтоном. А ведь дружбой с ним могли похвастать не многие. Суровый, угрюмый, иногда даже жестокий, Седжвик Кристофер стал признанным командиром, едва ступив на палубу корабля. Он не прощал ни малейшего промаха, жестоко карал за малейшую провинность, но команда молилась на него и не променяла бы ни на кого другого, ведь Седжвик Кристофер слыл справедливым и честным человеком, а, кроме того, лучшим капитаном из всех, кто когда-либо ступал по палубе каперского корабля. А это было, пожалуй, главное – ведь не было дня, когда бы смертельная опасность не грозила капитану и команде брига.

А потом капитан пал смертью храбрых в одной из схваток, и команда, не скрывая слез, предала его прах волнам, как велит морской обычай. Плакали даже закаленные в боях, суровые морские волки. Но сильнее всех горевал его первый помощник. Ему, своему ближайшему другу и надежному товарищу, капитан оставил свое небольшое имущество.