Хотя я конечно начинаю получать определенное удовольствие от вида Тео-зверя, но дразнить ишхасса пока не стоит. Он товарищ горячий, а вдруг... Я то конечно не против, но... не решит ли потом Дарвин, что раз не птенец, то и в опеке я не нуждаюсь? Помолчу пока. Надо обдумать.

– Но в целом ты очень даже ничего: умница, хозяйственная, верная, добрая....

– Красавица, – подсказала я магу.

– Ну, временами очень даже, – Тео как-то плотоядно на меня посмотрел, – пирожками опять же подкармливаешь после тяжелой ночи. Песня, а не женщина.

Снова отшутился. Наверное, все-таки нормального признания я не услышу. А надо ли оно мне? Разве не важнее, что Эмерти заботится о Ларре и моих людях, чтобы я лишний раз не волновалась? Что подумал о Мусе, когда я сама даже не догадалась? Но услышать-то хочется, как ни крути.

– А твои родители?

– Что мои родители? Чудовище, мама от тебя без ума, про повариху, не последнего человека в семье, я так вообще молчу.

– Я не про это. Где твои родители?

– А вот сейчас я не понял, – Тео нахмурился, – в смысле где?

– Ну, еще до открытия они уехали к родственникам и с тех пор не появлялись. Эмерти удивленно посмотрел на меня и задумался. Занятно, если уж Тео не в курсе куда могли пропасть его родители, то стоит задуматься все ли так радужно с их отъездом.

– Похоже, покинуть тебя придется раньше, чем я думал, – маг поморщился, – ты кому-нибудь сообщала о том, что я тут?

– Нет, – пожала плечами, – я же не знаю насколько ты распространяешься насчет сущности Ишхасса и почему ты полумертвый пришел именно ко мне.

– Я же говорю, умница-чудовище! Ладно, корми меня, а потом отправим птичку Грэгорику.

Вздохнула и взяла поднос с пловом. Кормить, так кормить.

Пока Тео ел, он успел задать еще полтора десятка вопросов, относительно города и ситуации внутри, заодно расспросил относительно писем Ларра – заподозрил ли кто-то вне столицы о том, что произошло? Я отвечала не очень охотно, боясь и сболтнуть лишнего, и заодно думая над текущим делами.

Слова мага против воли запали в душу и породили кучу сомнений относительно бытия. Как-то получался Тео белым и пушистым чтобы не сделал: выставил дурочкой с дипломатическим корпусом – так привязать хотел! Не рассказал всей правды – так щадил мои нервы. Куда не плюнь, как-то получалось, что маг, вроде как прав. Вот и сейчас – только приехал, а уже собирается снова идти сражаться с неведомым врагом. Вроде бы правильно, но...

А, собственно, что мне остается? Удержать его около себя хотя бы пока он в городе? И как это будет смотреться со стороны? Тем более, не дам ли я ему повода думать насчет продолжения на «жаркую ночку»? В свете того, что Тео снова куда-то уедет, не хотелось бы мне остаться против Герольда совсем без защиты, а Дарвину я дорога только пока «птенец».

Думается мне, что через пару часов сюда примчится полоумный Грэгорик, и с Эмерти я больше не останусь наедине. А ведь еще столько всего хочется спросить, а Тео пока тут со мной, ему никуда не деться и так или иначе приходится отвечать на мои вопросы.

Да и подозрительно спокоен Тео: у него пропали в неизвестном направлении родители, сам он ранен и порезы не особо желают затягиваться, даже при условии совместной ночевки, король неизвестно где. Или это такая степень самоконтроля? Поражаюсь этому человеку!

– Кстати, чудовище мое ненаглядное, – внезапно ласково начал маг, облизывая ложку, – а откуда ты знаешь об ирре Ульрихе?

– Так все-таки ненаглядное? – хмуро поинтересовалась, раздумывая над тем какую часть правды можно выложить Тео, а что он и так узнает от моей «охраны».