Кальдак постучал и, не дождавшись ответа, осторожно повернул ручку. Заперто. Он постучал еще раз и неожиданно почувствовал, что дверь какая то странно холодная. Тогда Кальдак взломал замок. Окно номера было распахнуто настежь, и снег толстым слоем лежал на ковре. А вытянувшийся на кровати мертвец судорожно сжимал в кулаке бумажные доллары.

Не повезло.

Кальдак вышел из номера, аккуратно прикрыл дверь и набрад телефон Рамсея.

– Немедленно присылай команду экспертов. Номер 234. Морриси мертв, и по всей комнате разбросаны баксы.

Рамсей грубо выругался.

– Антракс?

– Вероятно. Нужно соблюдать предельную осторожность, но при этом очень тщательно прочесать все углы, – распорядился Кальдак. – Может быть, удастся найти улики.

Впрочем, он не сомневался, что никаких улик они здесь не найдут: беззаботность не входила в число пороков Эстебана.

– Бригада будет через полчаса.

– Пускай войдут через черный ход. Тогда, возможно, в пятичасовых новостях не появится репортажа об убийстве.

Закончив разговор, Кальдак вернулся в холл. Портье подобострастно вскочил при его появлении.

– Я ему не звонил. Если его нет, я тут ни при чем.

Кальдак подошел вплотную к стойке.

– Я знаю, что ты не звонил. Как тебя зовут?

– Дон Слоберн.

– А я – Кальдак. Мне нужна твоя помощь. Постарайся припомнить, видел ли ты Морриси с кем нибудь, кроме Джефферса. Как следует постарайся.

Слоберн медленно покачал головой.

– Ни с кем больше он не общался, разве что на автодроме. Он, что называется, завсегдатай. Он часто заходит в бар за углом и болтает с водителями. Наркотиков я у него не видел, честное слово.

– Значит, Морриси общался с другими участниками автородео?

– Да, конечно. Просто он, видно, подружился с Коди. – Он помолчал, но затем все таки решился спросить:

– А что, у Коди могут быть неприятности?

– Возможно, – подчеркнуто равнодушно ответил Кальдак. – Где я могу его найти?

– Трудно сказать.

«Парень недоговаривает, – решил Кальдак. – Пора его встряхнуть».

– Морриси убит, – объявил он. – Убит несколько дней назад.

Глаза Слоберна округлились.

– Вы думаете, это Коди?

– Вряд ли, но Джефферс может что нибудь знать. Не исключено, что он видел что то, и тогда ему самому угрожает опасность. Его необходимо найти.

– Он связан с мафией, да?

– Очень может быть. Отвечай, где сейчас Коди Джефферс? – Кальдак пристально смотрел в глаза Слоберна.

– Я не знаю, честное слово. Я уже дня два его не видел. Может, он уехал в Канзас к матери?

– На автодроме или в баре он не появлялся?

– Нет.

– А где живет его мать?

– Не помню. – Слоберн потер ладонью лоб. – Такое странное название… Кажется, связано с северным сиянием.

– Ну хорошо, А девушка у твоего Коди есть?

– Здесь – нет. Он говорит, что, если жокей хочет добиться настоящего успеха, он должен трудиться двадцать четыре часа в сутки.

– У тебя случайно нет его фотографии? – допытывался Кальдак.

– Откуда? Конечно, нет. – Подумав, Слоберн добавил:

– Фотография может быть у Данстона. У него много снимков для афиш.

– Кто такой Данстон?

– Ирвин Данстон – главный менеджер на родео.

– Где его найти?

– Последний раунд закончился в одиннадцать. После заезда все обычно идут в бар. Может, и Данстон сейчас там.