– Так ты считаешь, что деньги уже у Джефферса?

– Думаю, да. Или он направляется туда, где получит их, – решительно заявил Кальдак.

– Не знал, что ты такой паникер, – язвительно заметил Рамсей. – Ладно, я свяжусь с автомобильной инспекцией. Оставайся в Де Мойне, пока что нибудь не выяснится. В какую сторону он выехал?

– В южном направлении, – вздохнул Кальдак. Ему очень хотелось надеяться, что так оно и окажется.

Колшсвилл, штат Иллинойс.

13 часов 40 минут

Едва телефон зазвонил, Коди Джефферс схватил трубку.

– Это вы, Эстебан?

– У вас не было проблем?

– На выезде из Де Мойна инспектор на меня даже не взглянул. Я оставил машину у обочины, как вы мне говорили.

– А деньги?

– Лежат в кузове. Все готово, сэр.

– Я их оставил у фабрики.

– Как насчет дополнительного задания?

– Выполнено, сэр.

– Прекрасно, – с облегчением сказал Эстебан. – Тогда продолжаем. Прошу вас управиться к трем часам.

– Инструкции прежние?

– Следуйте плану. И вот еще что. – Эстебан выдержал паузу, отчего его слова прозвучали особенно веско. – Не вздумайте трогать эти деньги. Вы получите гонорар по завершении операции, как мы договорились. То есть завтра в Спрингфилде.

– За кого вы меня принимаете?! – обиделся Коди.

– Ладно, это я на всякий случай. Вы заправили машину? Останавливаться не придется?

– Не беспокойтесь. Я сделал все как надо.

– Повторяю еще раз: ни под каким видом вы не должны останавливаться там, где вас могут заметить. Если устанете, найдите хорошее укрытие. У вас есть еще вопросы?

– Эстебан, вы могли бы не повторять.

– У вас есть еще вопросы?

– Есть, но лучше я их оставлю при себе: я не кретин и не предполагаю, что вы набили мой кузов нормальными деньгами. Хотя сделаны они здорово, нипочем не отличить от настоящих.

– Благодарю за комплимент, – сухо сказал Эстебан.

– Что то хреновое вы затеваете! Но это ваше дело.

– Вот это верно, Джефферс.

После разговора с Эстебаном Джефферс почувствовал необычайный прилив сил. Вот он, его звездный час! Такой шанс грешно упустить.

Он вскочил на ноги, застегнул куртку и погладил кобуру. Настоящий пистолет – настоящий друг. С ним Коди и вправду чувствовал себя Джоном Уэйном. Он,знал, что его ждут большие дела.

Снова присев на кровать, он натянул ковбойские сапоги. Эстебан велел ему надеть обыкновенные черные ботинки, но к черту Эстебана! Коди до сих пор выполнял все приказы буквально, но сапоги… Что за Джон Уэйн в банальных ботинках?

Канзас Сити, штат Миссури.

13 часов 55 минут

Хабин поджидал Эстебана у вертолета.

– Хабин, все готово! – еще издалека крикнул полковник. – Через несколько часов мы предъявим правительству свои требования.

– Я вот к какому выводу пришел, – неторопливо сказал Хабин. – Разумно было бы уменьшить сумму выкупа и сделать упор на освобождении заключенных.

– Урезать выкуп?! – Эстебан не поверил своим ушам. – И на сколько?

– Мы запросим пятьдесят миллионов долларов, но можем сговориться на двадцати пяти.

– Ну, что же… Если вы отказываетесь от своей доли, я согласен.

– Не говорите глупостей, Эстебан. Я не могу себе позволить остаться на мели.

«А ведь этот напыщенный болтун не заслуживает и цента», – подумал про себя Эстебан.

– Зато при вас останутся ваши политические убеждения.