— И у стен есть глаза и уши, но нет ног. Да-да, я знаю, как изменилось это присловье за несколько тысяч лет со времен, когда его впервые произнес Навутепухупер, великий маг Вавилонского царства. Он оставил после себя записи… Неясные и туманные, но я сумел не только найти их и перевести на латынь, но и постичь дух древних знаков. А это, мой милый юноша, большая удача для мага. Из записей Навутепухупера следовало, что есть неизвестная нам жизнь за той гранью, которая разделяет бренное и вечное существование. Жизнь тех, кто застрял между двумя мирами. Обычно это авантюристы вроде меня, но только гораздо слабее. Но немало и тех, кто попал туда случайно.

— Куда «туда»? — не выдержал я.

— В Стены. Да-да, мой юный спаситель, Стены и есть тайный мир, скрытый от наших глаз. Запомни, в любой стене может кто-то жить. И в этой, — Корнелиус невежливо ткнул пальцем в простенок между комнатой и кухней, — и в этой, и в той. Жизнь… нет, существование, конечно же существование!.. тех, кто заперт в Стене, скучно и однообразно. Stare putes, adeo procedunt tempora tarde, как говорил Овидий, время тянется так медленно, что кажется — оно остановилось. Единственное, что хоть немного скрашивает скуку, это наблюдение за нами. За живыми людьми. За их грехами и пороками. О! Каких только событий не наблюдал я, оказавшись По Ту Сторону! Будь я Шахерезадой, мне хватило бы их на несколько тысяч ночей. Но к делу.

Гость отставил опустевшую чашку и пристально посмотрел на меня.

— Я хочу вознаградить вас за свое спасение, молодой человек. Дело в том, что я отправился когда-то в свое путешествие не просто из любопытства. У меня накопилось огромное количество долгов. И чтобы рассчитаться с кредиторами, я был вынужден прибегнуть к крайне опасному шагу — уйти в Стены. Ведь в стенах и фундаментах домов скрыто немало кладов. Клад я, кстати, нашел, и не один. А кредиторы мои давно уже поджариваются в аду. Так что всё это тебе, пойдем.

Мы вернулись в комнату к книжному стеллажу. Корнелиус осторожно взял меня за руку — а ладонь у него теперь была совсем теплая, человеческая! — и тихо прошептал:

— Зажмурь глаза и сделай шаг вперед. Как только окажешься По Ту Сторону, можешь открыть глаза. Увидишь большой ларец с драгоценностями, возьмешь его левой рукой и подашь мне. А я выдерну тебя обратно. Не бойся, тут нет ничего страшного. Просто мне нужно читать Руны, а это можно сделать, только оставаясь вне Стены.

И, не дожидаясь моего ответа, маг что-то тихо запел на древнем незнакомом языке. Я зажмурил глаза и шагнул вперед, ощущая мягкое сопротивление. Словно меня держала какая-то плотная ткань. Держала, держала, а потом лопнула громким хлопком, и я провалился в неизвестность. Открыл глаза и увидел светящийся в сером полумраке ларец. Тяжеленный! Еле-еле поднял его, обернулся и чуть не выронил: передо мной как на ладони лежала моя комната, а я был… в Стене!

— Давай его! — выкрикнул маг.

Неожиданно легко подхватил тяжелый ларец, криво усмехнулся и… отпустил мою руку. Я рванулся вперед, но было поздно. Стены приняли меня в свой мир и не хотели выпускать обратно. А посередине комнаты — моей комнаты! — стоял кривоногий Корнелиус и громко хохотал…

2.

Отчаяние не приходит сразу. Чтобы не случилось, в первый момент человек просто не верит произошедшему. Он пытается найти выход, но… Выхода нет. Время не повернешь вспять. Судьба уже бросила кости и тебе выпало «пусто». И вот тогда тебя скручивает, наконец, отчаяние. Хочется выть в голос и биться головой о стену. Хотя бы изнутри… Но головы нет — ты всего лишь бесформенная тень. Заблудившаяся в ином мире память о себе живом. Не в силах больше смотреть на хохочущего мага, я отвернулся… отвел глаза? рассеял внимание?.