— Вон там есть вентиляционная шахта, не указанная на плане, — тихо сказал живой вампир Гленну, указывая в темноту позади него. — Она выходит на автостоянку. А они сейчас там. — Он указал в другую сторону, где тусклый свет очерчивал коридор с низким потолком.

Я непроизвольно сжала зубы.

Гленн кивнул, и мы продолжили пробираться в темноте. Я не привыкла к настолько масштабным операциям с таким количеством участников, но когда дело касается ЛПСО и черной магии, нет такого понятия, как излишняя осторожность. Свет стал ярче, и мы остановились; пульс ускорился. Подземный ярус, казалось, был больше всего первого этажа здания — даже потолок, укрепленный колоннами, был около восьми футов высотой. Наверное, раньше здесь хранили большие станки, но сейчас зал был пуст. Сердце заколотилось в груди, когда я услышала окрик женщины, но в ее голосе не было удивления или злости. Они из ЛПСО.

Мы остановились возле широкой колонны, где ждал еще один офицер ОВ. Его пистолет был в кобуре, но, судя по черным зрачкам, он был готов действовать немедленно.

— Там, — сказал он, указав в сторону, и я заглянула за него. Во рту пересохло, и я потянулась за пейнтбольным пистолетом.

Злодеи подвесили белые пластмассовые панели от потолка до самого пола, создав подобие отдельной комнаты тридцать на тридцать футов. Их освещал яркий свет, отчего на панелях появлялись расплывчатые тени. Кажется, пластик был двухслойный — видимо, чтобы лучше удерживать тепло. Я слышала тихое гудение устройств и непринужденный разговор двух людей, которым было на все плевать. Это меня разозлило.

Гленн снова отступил в тень, и мы собрались вокруг него. Гленн глянул на часы и поморщился.

— У нас еще две минуты, прежде чем вторая группа спустится на лифте в другом конце зала. Сколько там людей?

— Двое мужчин, — доложил парень из ОВ, посмотрев сначала на Нину, потом на Гленна. — И три женщины, одна в модифицированной собачьей клетке. Мы не смогли определить, в сознании ли она, но ее аура ощущается неповрежденной. Думаю, ее мы успеем спасти.

Боже, я так на это надеюсь. Немного странно, что у вампиров, охотящихся на людей, настолько сильно развит инстинкт защищать их, но так уж сложилось.

Гленн снова посмотрел на часы, и я вытерла руки о кожаные штаны. Айви затянула хвостик на затылке. Нина хрустнула костяшками и сняла пальто.

Айви уставилась на нее.

— Дальше ты не пойдешь, — сказала она решительно. — Я присмотрю за Рэйчел.

Нина напрягалась. Она молча передала пальто офицеру ОВ и забрала его пистолет.

— У тебя нет опыта подавления инстинкта в стрессовых ситуациях, — проговорила Айви тихо, но решительно. — Феликс, послушай меня. Ты не сможешь удержать контроль.

— Ты забываешься, деточка.

Голос Нины/Феликса был злым, напряженным и угрожающим, и я отступила назад. Гленн начал злиться, но офицер ОВ тоже отступил. Его глаза почернели, когда он ощутил эмоции двух вампиров — немертвого, которому было далеко за сто лет, и живого, в котором бурлили сдерживаемая вампирская жажда и желание.

— При всем уважении, — отчеканила Айви, не отступив ни на дюйм, — вы слишком давно не участвовали в операциях захвата, и у ребенка, которым вы управляете, совсем нет подобного опыта. Останьтесь здесь. Иначе мне придется следить, чтобы вы не уничтожили свое вместилище. И в итоге вы будете лишь мешать, а не помогать. Лучше присмотрите за Рэйчел.

Гленн нахмурился еще сильней и встал спиной к светящейся теплой комнате, всего в паре ярдов от нас.

— Если ваше присутствие может угрожать безопасности моих людей, то вам лучше остаться здесь. Сэр.

Ага, так она тебя и послушалась.