— Сейчас? — невольно вырвалось у меня, и Кери прервала свою речь на кухне предупреждающим кашлем.

Трент пошевелился, ткань его рубашки издала мягкий шорох, и улыбнулся Кери в знак принятия, терпимости, и подтверждения того, что она права, а он груб, попросив меня идти вниз до того, как я выпила хоть чашку кофе. Я не могла не задаться вопросом, какие их связывают отношения. Кери любит Квена, но она позволила прессе считать ее любовницей Трента, потому что это политика. Трент явно любит обеих девочек как своих, но готова держать пари, Квен имеет огромное влияние в воспитании Рэй.

Кери вырастили с мыслью, что можно любить одного мужчину и быть политически привязанной к другому — поэтому в будущем возможен формальный брак между Трентом и Кери, но я уверена, она никогда не делила с ним постель. И все же они прекрасно действовали в родительском союзе. Было непривычно, но это работало, и такая демонстрация сухого юмора за свой счет была хорошим знаком того, что они могут сосуществовать не только на профессиональном уровне.

— После того, как ты поешь, конечно, — сказал Трент, почти закатывая глаза в сторону Кери. — Твоя очередь.

Моя очередь. У меня было несколько вопросов, но из моего рта вышло:

— Оборудование, которое я видела, не дешево. Исследование, если брать в расчет размещение их в труднодоступных местах, тоже и в основном они укрывались в магически блокированных помещениях. Заклинания или чары больше не смогут их легко обнаружить, но мы могли бы отследить их покровителя, используя денежный поток. Поймать их с этого края.

— Аха, отрежь денежную поддержку этих взорванных Тинки громадин, и ЛПСО засохнет как брошенный феей пирог, — воскликнул Дженкс с кухни, и Кери коротко бросила ему закрыть рот — ее глаза вспыхнули от родительского возмущения, пока она готовила чай.

Я следила за жестами Трента, когда он откинулся на спинку дивана, его взгляд был задумчиво далеким. Нереально найти первые четыре идеальных укрытия от ОВ и ФВБ, где можно подключить свои нелегальные генетические машины без большой взятки за молчание. По крайней мере, я уверена, что за этим не стоит Трент.

— Согласен, — наконец сказал он, скрещивая лодыжки, что сказало мне: ему не нравится то, куда зашли его мысли. — То, что они проникли в мои подземные лаборатории и украли две машины — более чем беспокоит.

Его взгляд заострился на мне.

— Это кто-то с большими деньгами, или очень умный, либо все вместе. Очень немногие люди знают, что такие машины вообще существуют — еще меньше, где они находятся.

Дженкс сел на журнальный столик, когда Кери грациозно спустилась в гостиную с небольшим подносом в руках. На нем лежали печенья, чайник, от которого ожидаемо шел пар, и три тонкие чашки. Мой желудок заурчал в предвкушении.

— Трентон, ты разговаривал с техниками, работавших на этих машинах. Не могу поверить, что это был кто-то из них, — сказала Кери.

Трент кивнул, все равно нахмурившись.

— И снова, я согласен, — его глаза встретились с моими, в них был намек на беспокойство. — Меня тревожит то, что это мог быть кто-то, кому однажды помог мой отец с досадным случаем диабета.

Я вздохнула, откинувшись назад и потирая края своей раны, раздумывая над сложившейся ситуацией. Это мог быть кто угодно. Любой богач. Все возвращается на круги своя.

— Я просмотрю список рассылки рождественских поздравлений, — задумчиво произнес Трент тихим голосом.

Мы помолчали — крылья Дженкса замерли.

— Где мои манеры? — неожиданно сказала Кери, тарелка с печеньем зашуршала по столу, когда она протянула ее мне.