Сэр Джералд сжал голову обеими руками.

– Ты понимаешь, что говоришь? – простонал он. – Ты уже пропал. Я должен кое-что сообщить тебе о леди Северн. Черт побери, неужели Присс трудно было подождать до лета, она же знала, что я тоже собираюсь уезжать из города!

– Что ты сказал насчет Эбби? – переспросил граф. Сэр Джералд нахмурился.

– Что-то а связи с лордом Галлоуэем, – ответил он. – А, вспомнил! Не понимаю, как я мог такое забыть. Ты разве не в курсе, что вчера вечером они с женушкой всем рассказывали, что леди Северн была служанкой в доме горожанки и ее уволили за то, что она кокетничала с ее сыном?

Лицо графа потемнело.

– Ну что ж, это правда, – ответил он, – хотя, конечно, ее уволили не за то, о чем ты сказал. Я и не пытался скрыть этого, Джер.

– Вы рано ушли вместе с четой Чартли и Бичамп, –. сказал сэр Джералд. – Задолго до окончания вечера леди Тревор уже обсуждала с гостями эту новость и сделала вывод, что ты, Майлз, специально пораньше удалился, потому что тебе было стыдно за свою жену.

Граф стиснул зубы.

– Что за чушь! Я не хочу даже слушать эту ерунду, Джер! Зачем я привел ее в один из лучших домов Лондона, если я ее стыжусь?

– Потому что надеялся замять эти слухи, – слабым голосом прошептал Джералд. – Послушай, старик, ты не мог бы кудахтать чуть потише?

– Я ухожу и буду, по твоему выражению, кудахтать всю дорогу, – отозвался лорд Северн. – Я уже опаздываю к портному. На твоем месте, Джер, я бы прилег на полчасика. Я уже сообщил тебе, что сегодня ты ужинаешь у нас, а потом едешь с нами в театр?

– А кто будет четвертым членом компании? – поинтересовался сэр Джералд. – Нет, молчи, я сам угадаю. Рыжеволосая служаночка. Я прав? Леди Северн собирается нас обоих связать по рукам и ногам. Ты предупредил ее, что из этого ничего не выйдет?

Граф усмехнулся:

– Да, но Эбби непреклонна.

Его друг застонал.

– Присс умела снимать головную боль, – проговорил он. – Не думаю, что ты согласишься положить мою голову себе на колени и помассировать мне виски, Майлз. О Боже, лучше бы я этого не говорил! – добавил он, и оба мужчины расхохотались.

Когда граф Северн вышел за дверь, его улыбка тут же поблекла. Похоже, семейка Галлоуэй надумала ему отомстить и во что бы то ни стало усложнить жизнь Эбби.

Только через его труп, черт возьми!

* * *

Абигайль прекрасно провела утро, сначала в компании миссис Уильямз, а потом на кухне.

Она чувствовала, что пожилая экономка была немного разочарована после их длительной прогулки по дому. Старый граф был холостяком, так же, как и Майлз еще три дня назад. Домоправительница надеялась приобрести союзницу в лице новой графини, которая одобрила бы ее замысел придать дому больше женственности.

Но Абигайль хотела оставить все как есть, особенно библиотеку, любимую комнату мужа, со старой мебелью из дерева и кожи, старыми картинами и тяжелыми бархатными портьерами. Ей не поправилась идея миссис Уильямз украсить комнату разноцветными ситцевыми подушками с оборками.

– Я хочу, чтобы мужу было там удобно, – пояснила она, – я не желаю, чтобы у него было такое ощущение, словно дом захвачен женщинами, и он искал покоя в клубе.

Кроме того, эгоистично подумала Абигайль, ей самой нравилась библиотека. За три дня, проведенных на Гросвенор-сквер, Эбби сильно привязалась к этому дому. А в особняке мистера Гилла, изобилующего достойной нувориша роскошью, она никогда не чувствовала себя как Дома, несмотря на то что провела там почти два года.

Кухарка сначала ужасно испугалась, когда Абигайль без предупреждения вошла в кухню, чтобы обсудить меню на сегодняшний вечер. Однако она быстро освоилась и стала рассказывать новой хозяйке о живущем по соседству французском поваре, который готовит такие необыкновенные блюда, что никто не осмеливается их есть.