|
«Лоуренс только бы выиграл, если бы подражал Вэлдо в скромном изяществе его одежды», — подумал Джулиан, не понимая, что сюртуки простого покроя, плотно облегающие тело и выглядевшие так восхитительно на любимом кузене, потому и смотрятся, что подчеркивают достоинства совершенной мужской фигуры. Менее удачливые поклонники высокой моды в силу своих физических изъянов вынуждены были прибегать к более вычурному стилю, использовать накладки, скрывая покатость плеч, и носить огромные отложные лацканы, дабы узкая грудь не так бросалась в глаза.
Он снова перевел взгляд на Лоуренса и уже не только поджал губы, но и стиснул зубы, лишь бы удержаться от резкой реплики, потому что знал — Вэлдо не одобрит его вмешательства. А Лоуренс, сетуя на судьбу, распалился еще больше и перешел к жалобам, которые изливал с таким жаром, что они не могли не произвести впечатления. «Со стороны может показаться, что Вэлдо разбогател за его счет, — с негодованием подумал Джулиан. — Или, по крайней мере, ставил своей целью довести несчастного до нищеты». И, независимо от того, понравится это Вэлдо или нет, Джулиан решил больше не сидеть со скромным видом и вмешаться. Однако, прежде чем он успел что-либо предпринять, заговорил Джордж. В его голосе звучало мрачное предостережение. — Остановись! Если кто-то из пас и должен быть благодарным Вэлдо, так это ты, пускающий нюни юный хлыщ. — Ох, Джордж, не будь глупцом! — взмолился сэр Вэлдо. Но солидный старший родственник оставил его просьбу без внимания и продолжал, не сводя пристального взгляда с Лоуренса. — Кто оплатил твои оксфордские долги? — требовательно спросил он. — Кто постоянно вытаскивает тебя из игорных домов? Кто выручил тебя из этой чертовой передряги, в которую ты влип по своей вине не далее как месяц тому назад? Я-то знаю, как ты скулил, оказавшись в той переделке, там, в Пэлл-Мэлл… Нет, это не Вэлдо рассказал мне, так что можешь не бросать в его сторону косые взгляды! Это Шарпсы попытались вернуть свою тысячу, которую ты просадил, играя на бильярде, вот откуда я знаю. Из-за тебя они оказались в глубокой дыре, разве не так? Вот скулить — ты мастер, причем прирожденный! — Достаточно! — вновь прервал его Вэлдо. — Еще бы! Более чем достаточно! — согласился Джордж, готовый и дальше перечислять грехи кузена, но тем не менее умолкая. — Скажи мне, Лоури, — попросил Вэлдо, игнорируя обвинения Джорджа, — тебе действительно нужен дом в Йоркшире? — Нет, но зачем он тебе? Почему он должен быть твоим? Ты заполучил Манифолд, у тебя есть дом в городе, еще и в Лестершире достался особняк, а ты даже не Калвер! — Что, черт возьми, ты хочешь этим сказать? — вновь не удержался Джордж. — Какое отношение Калверы имеют к Манифолду, может, все-таки объяснишь? Или к дому на Чарлз-стрит? Или… — Джордж, если ты не будешь держать язык за зубами, мы поссоримся, — предупредил Вэлдо. — Ну и пусть! — прорычал Джордж. — Но когда этот пятый туз в колоде начинает молоть языком так, словно думает, будто ему следует владеть Манифолдом, который принадлежал твоей семье со времен, о которых одному Богу известно, когда… — У него и в мыслях пет ничего подобного. Просто он думает, что ему должен принадлежать Брум-Холл. Но что ты будешь делать, если он окажется твоим, Лоури? Я еще не видел его, но слышал, что это маленькое имение, существующее только за счет ренты с различных ферм и сдаваемой в аренду другой недвижимости. Может, ты лелеешь мечту обосноваться там и заняться сельским хозяйством? — Нет уж, дудки! — сердито бросил Лоуренс. |
