Я не могу удержаться от улыбки. Вот такой он есть — чистая магия. И мерцание в его глазах согревает мне сердце, заставляя подниматься температуру моего тела на три бара, причем даже в прохладном помещении зимой, согревая своим взглядом. На самом деле от его слов, я хочу поцеловать его этот сексуальный рот.

— Ты не так часто улыбаешься, не так ли? — говорю я.

— Разве нет?

— Нет, — я наблюдаю за ним сквозь опущенные ресницы. — Что может заставить тебя улыбнуться прямо сейчас?

Непонятное выражение очень быстро мелькает у него в глазах, и также быстро исчезает. Он вдруг улыбается, лихой и неотразимой улыбкой, в которой просто невозможно не заметить сексуальный подтекст, у меня слабеют колени.

— Как тебе такая? — спрашивает он.

— Не плохо, учитывая, что у тебя почти не было практики, — поддразниваю я.

Он делает шаг ко мне, обхватив за плечи и опускает свои губы. Сила этого неожиданного поцелуя меня просто шокирует, проносясь и воспламеняя все мои чувства. В ушах шумит, губы сами собой раскрываются навстречу ему. Он притягивает меня ближе к себе, вдавливаясь своим крепким, жестким, испытывающим явную необходимость членом, у меня испаряются все вопросы. Мое тело прекрасно знает, что хочет, а я всячески отказываюсь это признавать: он просто необходим мне. Я быстро открываю глаза.

— Я сделаю тосты, — пищу еле слышно, нетвердой походкой отходя подальше, чтобы положить несколько ломтиков хлеба в тостер.

Мы завтракаем на террасе, и я с наслаждением ем. Я вытираю до чиста тарелку кусочком тоста и с ухмылкой смотрю на него.

— Было очень вкусно, спасибо.

Он откидывается на спинку стула и улыбается, его красивые глаза поблескивают.

— Итак, моя маленькая тигрица, ты хотела бы совершить экскурсию по острову?

Я внимательно хладнокровно рассматриваю его.

— Похоже, ты прекрасно знаешь все мои «кнопки».

— Да. Я пытаюсь произвести на тебя впечатление.

— Ты отлично справлялся с этим до сих пор.

Он поднимается и протягивает мне руку.

Демонстративно покачивая бедрами, я направляюсь вместе с ним через дом в гараж. Он нажимает кнопку, открывается дверь гаража и вытаскивает покрытый пластиковым кожухом совершенно потрясающий красно-черный Ducati Multistrada.

— Вау! Это своего рода байк, — восклицаю я, обходя его кругом и совершенно забыв про покачивание бедер. Он видимо совсем новый, потому что на нем нет ни единой царапины. Я поднимаю глаза на Джека, да он однозначно умеет производить впечатление, и сам сияет, как ребенок.

— Великолепный, правда?

— Восхитительный.

— Давай, — говорит он, закидывая ногу на байк.

— Что? Ты собираешься поехать вот так! — на нем одеты выцветшие джинсы и старые кроссовки и больше ничего.

— А почему нет?

— Без шлема?

— Ах, Лил. Тебе так необходима официальная власть в виде няньки, чтобы каждый чертовый раз указывала, что следует надеть?

 — А что, если мы попадем в аварию?

Он вздыхает.

— Шлем в шкафу.

Он нажимает на педаль, и мотоцикл угрожающе начинает рычать, похоже, что он действительно представляет из себя хорошую ценность. Гараж заполняется запахом выхлопных газов. Он оборачивается на меня, пока я застегиваю шлем.

Джек подмигивает мне, я осторожно перебрасываю ногу через сиденье мотоцикла, и ставлю ноги на подставку для пассажира

— Держись за меня крепче, — говорит он.

Я прижимаясь к нему и обхватываю руками, чувствуя его жесткий пресс.

— Готова?

— Готова.