— Именно что, — с ударением произнес Лосев, незаметно для себя повторяя выражение Цветкова. — Его самого оградить надо. Вы суть дела знаете уже?

— Только суть и знаем, — ответил Жаткин. — Не мешало бы детали узнать.

— Мы их пока и сами не все знаем, детали эти, — досадливо ответил Виталий. — Известно только, что кем-то в бухгалтерию завода будет предъявлена фальшивая доверенность вместе с краденым паспортом. По ним попытаются получить несколько тонн лимонной кислоты. А каждая тонна стоит чуть не пятнадцать тысяч рубликов.

— И это еще по госцене, — многозначительно заметил Жаткин.

— Именно что, — повторил Лосев.

— А на какую фамилию доверенность и паспорт? — снова спросил Жаткин. — Шеф твой почему-то не сообщил.

— Сами не знаем, вот в чем дело. Источник не помнит, хотя сам эту доверенность изготовил. Правда, у него потом много волнений было, — усмехнулся Лосев. — Только помнит, что фамилия та на «а», не то Антонов, не то Антипин, — ив свою очередь он спросил: — Завод успели прикрыть?

— Час назад. Особо смотрим за бухгалтерией.

— Ни с кем еще там не говорили?

— Нет. Тебя ждали. Детали-то мы не знаем.

— Эх, — досадливо вздохнул Виталий. — А надо было бы поговорить. Может, эти деятели уже все провернуть успели? Давай сейчас прямо на завод и поедем.

— А в гостиницу?

— Чего мне там делать? Нет, давай на завод. По-быстрому только.

— Отлично. Поехали, — азартно согласился Жаткин и наклонился к водителю. — Миша, слыхал? Прямо на завод давай.

— Это куда, Владимир Борисович, на Нижнее шоссе? — спросил тот.

— Да нет, — нетерпеливо возразил Жаткин. — В городе. Белинского двадцать шесть. На Нижнем шоссе у них филиал.

— А-а, понятно, — кивнул водитель, не отрывая глаз от дороги.

— Ну, давай быстрее, — скомандовал Жаткин.

Машина летела по лесному шоссе. Километр за километром сплошной стеной стояли темные еловые леса. И только уже ближе к городу стали попадаться маленькие, а затем уже и большие поселки.

Постепенно и незаметно надвинулся город. Вскоре уже машина двигалась по шумным многолюдным улицам, то и дело задерживаясь на перекрестках.

Наконец подъехали к заводу. По местному времени было уже половина пятого, рабочий день близился к концу. По широкому двору прошли к небольшому зданию заводоуправления.

В бухгалтерии пожилая женщина сухо сказала:

— Из Московской области никто за кислотой к нам не прибывал.

Но тут вмешалась бойкая девица, сидевшая за соседним столом. С любопытством оглядев приезжих, она довольно бесцеремонно объявила:

— И нет, Пелагея Ивановна, кто-то приезжал. К Сергею Прокофьевичу заходили.

— О, господи, — раздраженно ответила пожилая бухгалтерша. — Но мы-то, ведь, ничего не оформляли на выдачу?

— А кто такой Сергей Прокофьевич? — поинтересовался Жаткин.

Девица стрельнула в его сторону подведенными глазками и, кокетливо поправляя двумя руками пышные волосы, ответила:

— Замдиректора по сбыту. Очень симпатичный, молодой. Совсем недавно у нас. К сожалению, только женатый.

Она хихикнула.

— Ты бы помолчала, Люба, — строго сказала ей пожилая бухгалтерша. — Вечно ты со своими замечаниями.

— А что такое? Товарищам, может быть, эти пригодится.