— Вы, несомненно, легко уговорите своего очередного кавалера выкупить эти побрякушки, подаренные предыдущим.

От возмущения лицо Сабрины покрылось красными пятнами. Этот жалкий ростовщик посмел намекнуть, что она ведет распутную жизнь! Да какое он имеет право .

Но нет! Спокойно! Сейчас самое главное — выручить за ожерелье как можно больше! Пусть это единственная ее драгоценность, но другого выхода нет! Ей надо обеспечить Киту безбедную жизнь на обозримое будущее. Пусть этот мерзавец подозревает ее в чем угодно, но дает приличную сумму. Но ведь он не дает! Он предлагает полцены! А то и меньше!

Сабрина протянула руку за ожерельем:

— Хорошо, отдайте мне его. Я попытаюсь получить больше в другом месте!

И она встала со стула.

Ростовщик иронически посмотрел на нее.

— Ну, вот! Сразу же бежать!

И жестом предложил ей снова сесть. Сабрина послушно опустилась на прежнее место. Ростовщик некоторое время внимательно изучал каждую жемчужину. Потом нагнулся и заговорщическим шепотом спросил:

— Оно не краденое?

— Боже, конечно же, нет! — снова вспыхнула Сабрина. — Это подарок моего отца!

— Конечно, конечно, — пробормотал ростовщик, снова бросив на Сабрину недоверчивый взгляд.

И вновь стал перебирать жемчужины, как четки. Это продолжалось довольно долго. Наконец он поднял голову и улыбнулся, показав на этот раз верхние зубы. Их оказалось три.

— Эго действительно настоящая вещь. Нет ни одной фальшивой жемчужины. И даже подкрашенной!

Сабрина с трудом сдерживалась, чтобы не сказать грубость. Но лежащие на коленях ладони сжались в кулаки. Черт побери, за кого, в конце концов, этот человек ее принимает!

— Вы определенно не собираетесь его выкупать? — спросил ростовщик.

— Какое это имеет значение?

— Очень большое. Если вы не станете выкупать ожерелье, то я его тут же продам.

— Продавайте за какую угодно цену по своему усмотрению. При условии, что сейчас заплатите мне приличную сумму.

— Двести фунтов.

— Пятьсот.

— Триста.

— Четыреста.

— По рукам!

— Наличными! — поспешила добавить Сабрина. Ростовщик нахмурился:

— Мне понадобится некоторое время, чтобы собрать такую большую сумму в гинеях. Вы могли бы зайти через несколько дней?

— Деньги мне нужны сейчас. Утром я должна уехать из Лондона.

— Что за спешка? — вновь с подозрением покосился на нее он.

Сабрина снова встала и выразительно похлопала ладонью по краю стола:

— Сейчас! Повторяю, деньги мне нужны сейчас! Сию минуту!

— Все сейчас да сейчас, — проворчал ростовщик. — Я должен выяснить, что можно сделать!

Он медленно поднялся из-за стола и со стоном выпрямился. Очевидно, у него был радикулит или артрит.

— Посидите немного. Я сейчас.

Ростовщик только успел выйти, как зазвонил колокольчик над входной дверью и на пороге возникла весьма странная пара. И без того рослый мужчина был в сапогах на высоченных каблуках, в длинном, плохо сшитом плаще и черных перчатках. Лицо его чуть ли не до самых глаз закрывал широкий шерстяной шарф. Рядом с ним стояла роскошно одетая дама, по щекам которой катились крупные слезы, а грудь сотрясали рыдания.

— Я просто… просто не знаю как… Как теперь… — причитала она, не обращая внимания на сидевшую Сабрину. — Что же мне делать? Фамильные ценности… Боже, какой скандал!

— Прошу вас, виконтесса, не надо отчаиваться! — утешал женщину высокий господин.