|
Таким образом темп терялся безвозвратно, а учитывая, что главный фокус Игры самого Таона был уничтожен в самоубийственной атаке уже подбитого русского корабля, то ситуация больше походила на катастрофу. У Таона уже не оставалось рычагов воздействия на верхний эшелон подконтрольных ему фигур, а подготовить такую фигуру ему просто не хватит времени. Наследие Ушедших, фактически ключи от всей Галактики, уплывало из рук. Но Таон не случайно стал Игроком. Умение ставить на кон последний козырь, отыгрывая уже, казалось, упущенное преимущество, было его сильной стороной. — Тай Ва! Включай главную установку! — Но… — Слуга, несмотря на практически совершенное владение лицом, побледнел. — Не сметь! — Таон подскочил к слуге и замахнулся кулаком. — Я раздавлю это чертово гнездо! — не обращая внимания на полыхающий красным экран вызова, он провел рукой над панелью, активируя верхний круг генераторов. Корабль начал разворот, нацеливая главное орудие на Землю, и уже готовился произвести залп, когда между ним и планетой, перекрывая директорию стрельбы, возник точно такой же корабль, а следом еще три десятка. Скорость реакции игроков говорила о том, что все следили друг за другом и ждали лишь повода для активных действий. Корабли противников были совершенно одинаковы, и, учитывая разрушительную мощь оружия, схватка не грозила быть долгой. Выстроившись двумя квадратами, один напротив другого, корабли один за одним окутывались синеватыми облаками разгоняющихся генераторов пробоя, готовясь вступить в самоубийственную схватку. Сетон, глава линии прогрессистов, уже готовился открыть огонь, когда все генераторы дали сбой, облака погасли, а между противоборствующими сторонами из стремительно расширяющегося облака перехода возник огромный, многокилометровый матово-черный шар корабля Арбитра. — Арбитр! — Помощник Сетона Тин Ро покачал головой. — Своевременно. — Ну вот, а ты не верил, что они вмешаются. — Сетон довольно ухмыльнулся. — Не могли Ушедшие оставить нас без присмотра. Теперь достойно отыграть вторую часть представления — и можно готовить финал. — Если он будет… — Будет-будет. — Сетон, что с ним бывало довольно редко, расхохотался в голос. — И финал, и заключительное шоу, и даже опускание занавеса. Сфера перехода, однако, и не думала гаснуть после того как из нее вскользнул корабль Арбитра. Стремительно расширяясь, она накрыла и прогрессистов, и статиков, переместив их вместе с кораблями в неразличимо-черную муть замкнутого пространства. Через несколько секунд Сетон находился уже не в рубке корабля, а удивленно озирался на ряды кресел в круглом зале, одна половина которого была занята его сторонниками, а другая — противниками. В центре зала, на небольшом возвышении стоял невзрачный мужчина в облегающей одежде серого цвета и таком же сером плаще и терпеливо ждал, пока все успокоятся. — Доигрались? Игроки, напуганные мощью арбитра, с которым они до сих пор не вступали в прямое столкновение, предпочитали молчать. — Налицо обоюдное нарушение пунктов три, девять, шестнадцать, восемнадцать, двадцать два… и так далее по списку. От немедленного уничтожения вас спасает как массовость нарушения, так и четкие инструкции, оставленные Ушедшими на сей счет. Поскольку одна из сторон совершала нарушения первой, а вторая была вынуждена отвечать, второй стороне, — Арбитр оглянулся на главу прогрессистов, — предоставляется право решить, как завершится этот период. Главе эвенов не нужно было гадать. Подобный вариант был просчитан и взвешен до мельчайших деталей. — Дуэль, — коротко бросил Сетон и поднял взгляд на Арбитра. — Принимаю. |
