Эстель этого сделать просто не могла, так как отпрысков первых лиц государства таким штучкам никто не обучает за ненадобностью, да и учатся таким фокусам долгие годы, а вот штаб-майор такой финт выкинуть очень даже мог, а что касается Кити, наверное, тоже могла. Во всяком случае, сбрасывать со счетов такую возможность было бы крайне глупо с моей стороны и непредусмотрительно.

– Внимание, через пять минут спасательный бот начнёт резкое торможение с последующим выходом на орбиту планеты и вхождением в верхние слои атмосферы. Во избежание получения травм сядьте в кресло и пристегнитесь.

Выругавшись сквозь зубы, я выполнил инструкции, и спустя полчаса немилосердной тряски спасательный бот замер, а затем шлюзовая дверь бесшумно отворилась, и в салон ворвался свежий порывистый ветер вместе с запахом разнотравий. Отстегнув защёлку, я поднялся и, прихватив лучемёт, выглянул наружу. Бот покоился на берегу узкой речушки, протекающей у подножия небольшого холма, сплошь заросшего невысоким кустарником. Внешне всё было спокойно, но я давно разучился доверять зрительным картинкам, так как чаще всего они были обманчивы, и поэтому я извлёк дрон и, активировав двигатель, запустил его в воздух. Минут пятнадцать аппарат разведки транслировал на тактический планшет собираемую информацию, после чего я отозвал его обратно. В радиусе двадцати километров людей не было, разве что имелись какие-то развалины. Что они собой представляли, было непонятно, так как находились они на пределе досягаемости сканирующих сенсоров.

Хорошо обдумав своё положение, я решил не задерживаться на месте приземления спасательного бота, ведь не для спасения моей персоны от меня избавились, а совсем даже наоборот, и поэтому следовало отсюда как можно скорее уносить ноги. Вскрыв аварийный ящик и достав из него НЗ, я влез в экзоскелет и, прикрепив на спину вещмешок с дроном, шпагой и лучемётом, поспешил покинуть спасательный бот. Для начала следовало осмотреть развалины, вполне возможно, они могли мне подсказать, куда занесла меня нелёгкая.

Давненько мне не приходилось шагать в экзоскелете, но мышечная память помимо сознания сама подсказала наиболее рациональный режим передвижения, и поэтому я, не испытывая особых затруднений, прошёл первые три километра. Как только на тактическом планшете шагомер обозначил пройденное расстояние в три тысячи метров, за моей спиной взорвался спасательный бот. Резко обернувшись и узрев чёрные клубы дыма, поднявшиеся метров на пятьдесят, я в который раз за сегодняшний день выругался и, переключив на ускоренный режим свой экзоскелет, побежал по направлению к развалинам.

Двадцать минут мне потребовалось для того, чтобы преодолеть оставшиеся семнадцать километров. Остановившись в метрах трёхстах от развалин, я просканировал окружающее пространство на наличие людей, но их не было. Убедившись в отсутствии опасности, я, соблюдая меры предосторожности, проник в руины и самым внимательным образом их осмотрел, но ничего кроме старого строительного мусора и сорной травы я там не нашёл. Здание было давно заброшенным, и кроме диких животных в руины никто не наведывался.

Оставаться здесь не имело никакого смысла, но прежде чем продолжить путь, следовало проверить дорогу. Присев на заросший мхом обломок железобетона, я запустил дрона и всмотрелся в передаваемые данные. Впереди лежала девственная лесостепь с широкой рекой, и больше ничего, ни людей, ни строений. Отдав команду на возвращение, я хотел было подняться, но не смог, экзоскелет не действовал. Отстегнув защёлку блока управления, я взглянул на экран и удивлённо покачал головой. Аккумулятор показывал полную разрядку, чего не могло быть в принципе, но тем не менее факт оставался фактом, экзоскелет оказался совершенно бесполезной грудой ферросплавов и микроэлектроники.

Делать было нечего, пришлось снимать костюмчик и заняться переборкой вещмешка из аварийного НЗ для его облегчения, иначе далеко с ним не уйти, слишком тяжёл и не предназначен для длительных экскурсий на свежем воздухе в пешем порядке.