Вне городских стен вольная ночь поджидала их и тут же окутала мерцающей тьмой.

Скотту, который вместе с Лаймондом мчался по вересковым пустошам, казалось, что он вел себя вполне достойно. Он не дал Драммонду поднять тревогу. Не стушевался в присутствии главнейших английских командиров. Если воспоминания о раскаленном шлеме и были ему неприятны, то он отгонял их. Что за важность, что пришлось вытерпеть перекрестный допрос! Зато вот оно, дело для настоящего мужчины.

Перед ними показались призрачные силуэты двух лошадей, и Лаймонд резко окликнул:

— Джо! Что ты здесь делаешь? — И поехал вперед.

— Бэннистер, сэр… его захватил крупный отряд шотландцев… да, сэр, я пытался… Терки взял всех людей и поехал за ним… Я ждал вас, чтобы предупредить… да…

Покалывание в плечах и боль в ногах напомнили Скотту о том, что он весь день провел в седле, и юноша не был особенно рад, когда Лаймонд вернулся к нему, еще более свежий и энергичный, чем прежде.

— Ну, мой Пирр, не теряй интереса, — проговорил он беспечно. — Я вести добрые принес тебе, мой милый. Наш друг Бэннистер попал в засаду, а теперь — о переменчивость фортуны! — те, кто его пленил, сами идут в сети. Впору плясать на столе и отбивать чечетку на блюдцах. Что за чудесный день!

Следом за Джессом Джо Лаймонд поскакал по темным пустошам, и Уилл Скотт тоже пришпорил коня.

3. ВЗЯТИЕ КОРОЛЕВСКОЙ ПЕШКИ

«Лаймонд подождет», — сказал лорд Калтер и вместе с Бокклю, Эрскинами, Эндрю Хантером, лордом Флемингом и всеми, у кого только были конь под седлом и меч в руке, направился в Пинки.

Среди десяти тысячи убитых в тот день были лорд Флеминг из Богхолла и старший брат Тома Эрскина.

Среди живых, голодных и измученных боем, с изможденными лицами, покрытыми пылью, были брат Лаймонда лорд Калтер и сам Том Эрскин, давно позабывший досадное происшествие с пьяной свиньей. С оставшимися людьми эти двое покинули поле боя вместе и, зная, что их семьи находятся в безопасности с королевой-матерью, девочкой-королевой и двором в крепости Стерлинг, пересекли всю Шотландию от реки Форт до реки Аннан, пытаясь, несмотря на нехватку людей, пушек и провианта, преградить путь армии лорда Уортона к дорогим для них людям, укрывшимся на севере.

В то время как в Аннане милорды Уортон и Леннокс переживали неприятные минуты, два крупных шотландских отряда к северу от Аннана залегли в ночной темноте; они так затаились, что злополучный Чарли Бэннистер, гонец, посланный протектором к Уортону, наткнулся на один из них. У него хватило присутствия духа уничтожить послание до того, как его схватили и доставили к лорду Калтеру.

Вероятно, Бэннистер был не очень силен в географии и не обучен избегать больших кавалерийских подразделений. Но в одном на него можно было положиться: рот он умел держать на запоре.

Понимая, как велика опасность, грозящая Стерлингу, а потому крайне заинтересованные в том, чтобы проникнуть в планы протектора и Уортона, шотландцы испытали все возможные методы убеждения, потому что Бэннистер знал суть послания и даже сам беспечно проболтался об этом.

Поняв, что толку не добиться, Калтер отвел в сторону своего капитана. Перед ними стоял совершенно отчетливый выбор. Если английский протектор, расположившейся под Эдинбургом, был готов атаковать королеву и правителя Шотландии, то он должен приказать Уортону двигаться на север для поддержки. Такой ли приказ содержался в послании, уничтоженном Чарли Бэннистером? И раз Уортон не получит этого приказа, останется ли он еще на какое-то время в Аннане? Скажем, задержится ли там настолько, чтобы лорд Калтер и Том Эрскин, как бы малочисленны ни были их силы, успели прийти на помощь Стерлингу, своим двум королевам и своим семьям?

— Но если вы ошибаетесь, сэр, — сказал капитан лорда Калтера, — то мы, уйдя отсюда, откроем дорогу на юг.