Изменить размер шрифта - +
 — А ваш приятель Карлос Идальго домой так и не вернулся. Мы проверили все местные тюрьмы, полагая, что он мог запросто по пьяному делу влипнуть в какую-нибудь историю и угодить за решетку. Его жена очень расстроена.

— Это уже два дня прошло?

— Да.

Теодор не знал, что сказать на это. У него просто не было слов.

— Сеньор Шибельхут, вы когда возвращаетесь в Мехико? Сегодня вечером?

— Надеюсь, что да. По крайней мере, очень на это рассчитываю.

Теодор задержался у табачного прилавка, купил новую пачку сигарет и отправился на поиски Рамона. Он заприметил его из-далека: Рамон сидел на скамье и смотрел на море. Но прежде, чем Теодор успел подойти к нему, Рамон встал со своего места, обернулся и жестом показал, чтобы тот держался на расстоянии.

— Я сейчас вернусь, — пробормотал Рамон, проходя мимо Теодору. — За мной не ходи. — Затем он перешел на другую сторону проспекта, остановился на «островке безопасности», дожидаясь зеленого сигнала светофора, так как движение было интенсивным, после чего уверенно продолжил путь по самому краю площади. Очевидно, он шел за кем-то, кого видел в толпе перед собой.

Теодор тоже перешел на другую сторону проспекта. Ступив с мостовой на тротуар, он увидел, что Рамон скрылся за ближайшим углом, повернув направо. Теодор осторожно подкрался поближе. На углу находился магазин фототоваров, и заглянув в переулок сквозь стекла его угловой витрины, Теодор увидел, что Рамон стоит у витрины соседнего магазина и сосредоточенно её рассматривает — или только делает вид. Его губы зашевелились, затем он вытащил портмоне из кармана брюк, и Теодору стала видна его худая, нервная ладонь, обнаженное запястье и пальцы, пытающиеся что-то нашарить. Порывистым движением Рамон вынул все содержимое портмоне и отдал деньги кому-то, находившемуся вне поля зрения Теодора. Теодор начал медленно подбираться к углу.

Рамон вышел ему навстречу, жестами показывая, чтобы он шел обратно. Тот же, с кем говорил Рамон, тем временем успел раствориться в толпе.

— У меня есть кое-какая информация, — сказал Рамон. — Инфанте находится на лодке «Пепита», шкипера зовут Мигель Гутиррес. Теперь нужно отыскать на пристани человека по имени Алехандро, который может доставить нас к нему.

— А с кем это ты сейчас разговаривал?

— Один мальчишка подошел ко мне на Костера — прямо перед тем, как ты подошел. Идем, Тео, нам нужно идти быстрее! Он сказал, что не хочет, чтобы друзья видели его вместе со мной, поэтому мне пришлось зайти за угол, чтобы переговорить с ним.

— Сколько ты ему отдал?

— Все, что у меня было. Семьдесят песо. Он просил сто. Тео, нам сюда!

Рамон был полон оптимизма, однако он не знал, ни как выглядит Алехандро, ни названия его лодки, так как мальчишка, получив свои деньги, не стал долго задерживаться, чтобы сообщать такие подробности. Теодору напекло голову. Рамон задержался на набережной и подошел к старику, что сидел на носу своей лодки и аккуратно сматывал бечеву.

— Buenos dias. А вы, случайно, не знаете, где я могу найти лодочника Алехандро? — спросил Рамон.

— Алехандро-то? — хрипло и несколько удивленно переспросил старик. А затем встал и указал направление. — Его лодка должна быть вон там, дальше по причалу.

Еле переставляя заплетающиеся ноги, Теодор покорно брел вслед за ним, мучительно раздумывая над тем, следует ли настаивать на том, чтобы при разговоре присутствовал представитель полиции или нет. А что если это был всего лишь очередной ложный след, такой же неопределенный и бессмысленный, как недавняя «наводка» на Пье-де-ла-Куэста?

— Тебе не хочется ехать? — спросил Рамон. — Тогда я пойду один.

Быстрый переход