Убедившись, что Дороти ушла, Сюзанна взяла из вазы букет гардений, глубоко вдохнула нежный аромат и протянула его Мег. Она вдруг вспомнила, как еще девочками они играли в невест, важно дефилируя по узкой тропинке между деревьями с простенькими букетами полевых цветов. «А помнишь?» — хотелось ей спросить, но она удержалась. Конечно, Меган все помнила. К тому же это рискованно: погрузившись в воспоминания, обе, чего доброго, расчувствуются до слез, и тогда конец — слегка подкрашенные умелой рукой Дороти глаза и щеки тут же «поплывут», и все усилия их милейшей хозяйки пойдут насмарку.

Снизу раздались легкие звуки музыки, и Меган вздрогнула.

— Слушай, я ведь совсем его не знаю. Бена то есть…

— Зато я знаю Ангуса, и, по-моему, даже слишком хорошо.

Услышав это, Мег захихикала:

— Послушать их — каждый из них само совершенство; но знаешь.., я немного нервничаю. Как подумаю, что будет ночью… А ты?

Сюзанна насупилась. Ей не из-за чего волноваться, с мрачной иронией подумала она; В то время как первая брачная ночь обещала стать для Мег чем-то незабываемым, ее собственная не сулит ничего интересного: Меган с Беном будут упиваться любовью, а ей придется печь бисквиты для Ангуса и мальчиков, потом перемыть гору посуды и засветло отправиться спать.

— Бен будет нежен с тобой, тебе нечего волноваться.

— Скорее это можно сказать про Ангуса. А вот Бена Стала мы совсем не знаем.

Сюзанна лукаво улыбнулась:

— Настоящий пройдоха, верно? Ладно, посмотрим, что с ним станет, когда он увидит тебя в новом платье!

— Ой, нам пора бежать! — спохватилась Мег. — Дороти сказала, что помнит только первые два куплета.

Девушки обменялись улыбками, схватили свадебные букеты и, спрятавшись за ними, чтобы скрыть волнение, торопливо спустились вниз.

* * *

Почти десять лет минуло с того дня, как Ангус Йейтс вошел в ее жизнь, и теперь Сюзанне казалось, что она знала его всегда: высокий, длинноногий, худощавый, немногословный, с легкой улыбкой на губах и синими глазами — достаточно было только зажмуриться, как Ангус тут же вставал у нее перед глазами. И все же, когда она появилась на пороге гостиной и увидела его, стоявшего у камина в костюме, который, как ей было известно, он позаимствовал у своего приятеля Уэйлена, рот у Сюзанны невольно приоткрылся, и она сдавленно ахнула: ей вдруг пришло в голову, что едва ли она знает его лучше, чем Меган своего Бена.

Ну вот, к примеру, разве он когда-нибудь представал перед ней в костюме и в белой рубашке? Определенно нет.

Да что там в костюме, она и в доме-то его едва ли видела — в ее памяти Ангус навсегда остался ковбоем, бесстрашно лавирующим среди бесчисленных табунов лошадей, а пропыленная одежда и загорелое до черноты лицо свидетельствовали о том, что для него куда привычнее видеть над головой небо, а не крышу дома.

Теперь же, когда в гостиной раздавалась музыка и на лице его играли отблески огня, горящего в камине, Ангус вдруг показался ей принцем из сказки: с аккуратно зачесанными назад волосами и величественной, почти королевской осанкой, глазами, сиявшими еще ярче, чем всегда, он притягивал к себе взгляды окружающих. Никогда, никогда еще ей не доводилось встречать такого мужчину!

Но тут Ангус заметил застывшую на пороге Сюзанну, и его взгляд не оставил и следа от ее хваленого самообладания.