— Поверь, мне не доставляет никакого удовольствия признаваться в этом, но и стыдиться тут тоже нечего. Ты помнишь, когда Кэтрин впервые появилась в нашем городе?

Она приехала погостить у Монро, верно?

Сюзанна молча кивнула.

— В первую же ночь она явилась в мою комнату. Сам не знаю, как это произошло, но она предложила мне себя, и я не сумел отказаться — ведь ни о чем подобном мне и мечтать не приходилось в Адамсвилле. Кто я тогда был — восемнадцатилетний мальчишка-ковбой, без единого цента в кармане… Подумать о последствиях мне и в голову не приходило.

— Кэтрин сама явилась к тебе? Должно быть, тоже влюбилась в тебя с первого взгляда, как и… — От смущения щеки Сюзанны стали пунцовыми. — Впрочем, не мне осуждать ее.

Странно только, что Кэтрин при ее-то характере решилась на такое. Помнится, она вечно задирала нос — считала, что так и положено настоящей леди…

— До самого своего отъезда в Чикаго она почти не обращала на меня внимания. Но в последнюю минуту вдруг явилась ко мне в слезах и заявила, что беременна от меня.

Можешь себе представить, какой стресс мне пришлось пережить: я постоянно думал об этом, едва соображал и в итоге решил, что мой долг…

— О, Ангус, это просто ужасно! Так вот при каких обстоятельствах появился на свет Люк… Видишь ли, я была уверена, что ты просто влюбился в нее по уши, а оказывается, все дело в ребенке. Если бы не он… Что ж, теперь мне даже стало легче, честное слово. Конечно, раз она уже ждала Люка, то…

Ангус в изумлении слушал наивные рассуждения своей жены, которая видела все точь-в-точь так же, как и сам он когда-то. Судя по всему, честным и простодушным людям просто в голову не могло прийти, что кто-то способен бесстыдно воспользоваться их порядочностью, пытаясь добиться своей цели. Даже теперь, узнав правду, Сюзанна свято верила, что в конечном итоге его первый брак обернулся благом — ведь благодаря ему появились на свет Люк и Джонни.

Вряд ли бедняжка догадывалась, что мальчики появились бы на свет даже в том случае, если бы Ангус с Кэтрин никогда не встретились.

— Ты не мог бы дать мне одеяло? — неожиданно попросила Сюзанна.

Только сейчас Ангус заметил, что она дрожит.

— Прости, Сьюзи. — Остановив лошадей, он вытащил одеяло из грубой серой шерсти и укутал им плечи жены. — Зря я тебе это рассказал. Думаю; ты такого и представить себе не могла.

Сюзанна поплотнее закуталась в теплое одеяло.

— Ты поступил как благородный человек, когда женился на ней, — заявила она. — А я еще смела тебя осуждать! Сможешь ли ты когда-нибудь простить меня? Какой безрадостный брак без любви, а тут еще Кэтрин отвергла твои мужские притязания…

— У нее был другой мужчина.

— Что? Другой?

Ангус взял в руки вожжи и подхлестнул лошадей.

— Именно это я и собирался рассказать тебе, Сюзанна.

Рано или поздно ты бы все равно это узнала. Я уехал вовсе не потому, что устал от нашего брака или меня отвергли, просто не мог больше видеть ее.

— Ты уверен, что не ошибаешься?

— Я застал их вместе.

— Ты видел их вдвоем? — От смущения Сюзанна спрятала лицо в ладонях. — Ну знаешь.., такого я и представить себе не могла — променять тебя на того, кто и мизинца твоего не стоит!

От этой детской преданности на душе у Ангуса сразу потеплело. Малышка по-прежнему видела в нем героя своих девичьих грез. Что ж, значит, еще есть на земле человек, для которого он лучше всех на свете.

Сюзанна хрустнула пальцами.

— А я его знаю? — осторожно спросила она.