6

Утром я отвезла Руби в детский сад, и мы с Исааком отправились к Павильону Вестсайд. Прежде чем найти Луизу, я прошвырнулась по магазинам. Несомненно, это что-то говорит о моем подходе к расследованиям. Обычно я не покупала Исааку новую одежду. Первые два с половиной года он донашивал вещи Руби. Но тут, как назло, он не только начал активно интересоваться оружием, но и отказался носить ее розовые комбинезоны, майки в цветочек и светлые рейтузы. Хотя почему-то с удовольствием продолжал спать в ночной рубашке с Русалочкой.

Мы с Исааком накупили на распродажах темно-синих маек, ярко-синих штанов и свитеров цвета индиго. Я повесила пакеты на ручку коляски, и мы выкатили из торгового центра на пересечение бульвара Пико и Вествуд. Напротив, через Пико, находился «Старбакс». А через Вествуд, на другом конце улицы – еще один. Вествуд – очень оживленное место, эти кофейни расположены на разных концах длинного проспекта, но все же удивительно, неужели им обеим хватало клиентов?

– Ну что, бросим монетку, зайка? – спросила я Исаака.

Он поднял голову и вопросительно посмотрел на меня.

– Ладно.

– Если орел, мы пойдем в тот, что в конце улицы, если решка – через дорогу.

Выпала решка. Исаак восхитился.

– Давай еще, – сказал он.

– Хорошо.

Выпал орел.

– Ладно, зайка, бог троицу любит.

Решка.

Я дождалась, когда поток машин иссякнет, и понеслась через дорогу на красный свет. Пакеты с покупками болтались из стороны в сторону. Исаак радостно вопил – мы бежали так быстро и явно нарушали правила, которыми я его старательно пичкала.

Я подошла к стойке, заказала нечто большое, высокое, жирное в узком стакане и спросила юное создание с пирсингом, не работает ли у них Луиза. У кофейного аппарата стояла темноволосая женщина с нездоровой кожей и наблюдала, как образуется пена. Услышав мой голос, она подняла голову. Я улыбнулась ей, уверенная, что нашла свою Луизу.

Парень с гвоздиком в брови, которому я задала вопрос, ответил:

– Нет, у нас нет никакой Луизы.

– Точно? Я знаю, что Луиза работает либо здесь, либо в другом «Старбаксе». А где управляющий? Может, мне с ним поговорить?

Парень пожал плечами и кивнул на ту женщину. Кольцо у него в носу закачалось, и он остановил его рукой. Помоги, Господи, если мои дети захотят сделать себе пирсинг. Питер убеждал меня, что эта мода пройдет к тому времени, когда Руби подрастет, но я уверена – это случится только потому, что они выдумают что-нибудь похуже, например, добровольную ампутацию или художественную трепанацию.

Темноволосая женщина подошла ко мне, ее лицо ничего не выражало. На щеках у нее были оспины, шрамы, на подбородке и в уголках губ – воспаленные прыщи.

– Я начальник смены, чем могу помочь?

– Я ищу женщину по имени Луиза. Может, она работает у вас?

– У нас нет никого с таким именем.

– Жаль. Ну ладно, возможно, она в соседнем «Старбаксе». Поищу там.

– Не забудьте свое латте, – окликнул меня парень с пирсингом. Я забрала свой стакан и, придерживая его на ручке коляски, попыталась открыть дверь. Мне не удавалось держать кофе, открывать дверь и толкать коляску одновременно, и никто из персонала не пошевелился, чтобы помочь. В конце концов я выбросила латте в мусорную корзину, одной рукой открыла дверь, а другой вытолкнула коляску с Исааком.