Голос у девочки был охрипший:

– Я знала, что кто-то придет. Однако не думала, что придется ждать так долго. Я уже начала терять надежду.

– Твой отец послал нас сюда. – Делраэль не знал, что еще добавить. – Мы пришли спасти тебя. Вот и все.

Шипение лавы перекрывало все остальные шумы.

– Брил, я нашел Тарею!

– Из книг я узнала, что люди перестали пускаться в походы, особенно после Превращения и окончания Чистки, – сказала Тарея. – Наверное, моему отцу было нелегко найти кого-нибудь, кто бы отправился спасать меня. – Глаза ее заблестели. – Скажите мне, как вас зовут. Может быть, я уже читала о ваших приключениях.

Что-то в ее манерах, то достоинство и плавность, с которыми Тарея двигалась, никак не вязались с образом маленькой девочки. Но потом Делраэль вспомнил, что в действительности эта “малышка” была старше его.

В течение целых тридцати лет Сардун держал свою дочь в теле ребенка, боясь, что она вырастет до того, как, по законам Теории Вероятностей, в Игроземье появится чистокровный мужчина-Волшебник. Он все ждал и ждал, когда же наконец кубик ТЕХ выпадет в пользу рода Волшебников.

– Меня зовут Делраэль, а это – Брил. Мы из Цитадели. Твоему отцу незачем было искать нас. Мы сами пришли в Ледяной Дворец просить ЕГО о помощи. Он был болен.., но сейчас ему уже лучше. Мы согласились отправиться на твои поиски. Почти сразу.

Устремленный вдаль взгляд Тареи затуманился:

– Он пытался спасти меня. Я помню, как дракон продирался сквозь стены дворца, кроша когтями и растапливая своим огнем лед. Мой отец оборонялся с помощью Камня Воды, но ему пришлось действовать очень осторожно, чтобы не повредить мне.

– Теперь Ледяной Дворец выстроен заново и стал лучше прежнего. А папаша ждет не дождется твоего возвращения.

Итак, несмотря на все передряги, Делраэль добрался-таки до дочери Сардуна. С ней было все в порядке. Поход, навязанный Стражем, был почти завершен. Осталось лишь доставить Тарею обратно в Ледяной Дворец. А потом можно отправляться на войну с Гейротом.

– Брил! Давай выбираться отсюда, пока не вернулся Трайос.

Недоволшебник стоял на коленях рядом с обломками статуи. По щекам его текли слезы.

– Некоторые из этих вещей я помню.

Тарея повернулась к Делраэлю:

– Это изваяние было создано одним из Волшебников в мирные времена, еще ДО первых войн. Много столетий назад. Каким-то чудом она уцелела, несмотря на сражения, Чистильщиков, погоду, время…

Брил поднялся:

– А потом Трайос швырнул ее так, что она раскололась.

– Все эти сокровища должны находиться в Ледяном Дворце, где их смогли бы оценить по достоинству. ТАМ их место! – Тарея не стала продолжать и официально обратилась к Недоволшебнику:

– Тебя зовут Брил, ты – сын Куоннара и Тристаны, которые, в свою очередь, являются детьми Коккер и Хеллик, а те – Каррил и Джунис. Если хочешь, я могу перечислять и дальше.

Брил недоуменно уставился на Тарею:

– Откуда ты все это знаешь? Делраэль тем временем подталкивал обоих Волшебников ко входу в туннель:

– Успеете еще пообщаться. Отсюда до шара – целый день пути. Кроме того, нам предстоит Долгая дорога наружу.

Тем не менее Тарея объяснила:

– Отец заставлял меня изучать генеалогию Стражей. Нужно было выявить пути каждой кровинки рода Волшебников. Он даже рассматривал твою кандидатуру на роль моего будущего мужа, но счел тебя слишком дряхлым.

Брил хмыкнул:

– Жалко, что он не видел меня в деле.

– Известно ли вам, – сказала она, – что вы – первые люди, которых я увидела? Тридцать лет я прожила в Ледяном Дворце наедине с отцом.