Вампир пожал плечами на эти слова.

Его, как-то, мало заботил подобный вопрос. Михаэль был доволен своим существованием, лишь одно напрягало бессмертного, но, над устранением Вильгельма, он уже работал. Странные и абсурдные убеждения тех, кто не имеет силы — мало волновали Высшего.

— Однако, — ничуть не смутившись, продолжила ведьма. — Эти шептания исказили то, что было известно когда-то, ранее. У вампира нет души, но, и вашу пустоту — можно заполнить. Тот, у кого достанет силы и стойкости, кто не побоится, ибо и вечных терзает страх, может получить гораздо большее.

— Занимательно, бесспорно. — Вампир всем своим видом показывал, что думает, как раз, наоборот. — Но, тебе, какой интерес обсуждать со мной это?

Женщина тихо засмеялась. Отставила свою ступку, и повернулась, смотря в упор на Михаэля.

— Я очень заинтересована в этом, бессмертный. Можно сказать, имею кровный интерес. Ведь, именно кровь решает все в вашем мире? — Ее зеленые глаза напрягали вампира своим пристальным вниманием. — Я собираюсь принести тебе дар, но, только от тебя будет зависеть, не побоишься ли ты принять его.

Он не понимал ее цели, а значит, не был готов дать достойный отпор, и это вселяло неуверенность в разум. Что ж, это было слабостью, но Михаэль ненавидел испытывать неуверенность.

— Не вижу смысла, тебе быть дарительницей. — С расстановкой произнес мужчина, делая акцент на последнем слове. — Я пришел убить тебя. Ты — хочешь одарить меня? Где логика?

— Хорошо, — Улыбнулась старуха. — Я сделаю этот дар не тебе, а своей крови. Той, кто однажды придет после меня, так, более логично на твой взгляд, вампир?

— В твоих речах, абсолютно отсутствует логика. — Михаэль потерял терпение. — Они бессмысленны, старуха. Я не вижу сути — а значит, они пусты.

— Не спеши, Михаэль. Я расскажу тебе то, что откроет суть. — Женщина села на высокий табурет, игнорируя экспрессию собеседника, и задумчиво посмотрела на огонь. — Ты знаешь, что послужило основой вашей легенды, Вечный? Слияние…, ты слышал о нем?

Михаэль вопросительно приподнял бровь, качая головой, признавая, что не имеет понятия о подобном термине.

— Обращение — не единственный путь, чтобы скрасить одиночество, Вечный. И, даже, во многом, ущербный. Создавать игрушки, вместо того, чтобы найти себя — смешно и достойно жалости. Когда-то, Высшие не боялись делать себя цельными. Хотя, для этого, слишком многим приходилось рискнуть. — Колдунья отбросила прядь черных, с проседью, волос, которая упала ей на лицо, продолжая всматриваться в блики огня. — Не каждый решится пойти на полное единение. Разделяя силу, получая власть, но — делая единым и само существование. Слияние… — женщина задумалась на мгновение. — Когда нет одного без другого… Полное единение. Но, и гибель одного, приводит к смерти второго…

— К чему ты рассказываешь мне это все? — Михаэль совершенно потерял нить разговора, и был готов склониться к версии сумасшествия, сидящей перед ним женщины.

Безумица, обладающая огромной силой — не лучший вариант для коротания времени…, тем более, что его у вампира оставалось не так уж и много.

— Ты, ведь, не будешь никого обращать, не так ли, бессмертный? — Женщина лукаво смотрела на него. — Я знаю о твоих страхах, хоть ты считаешь, что не имеешь их. Но, и тебя будет мучить то, что терзает всех Вечных.