- Ты все так же остра на язычок.

- Ну, милый мой, - развернулась к нему и потянулась, жмурясь, как кошечка, но явно в желании не обнять, а уязвить. - Мой язычок не так опасен для тебя, - обвила все-таки его шею руками, провела ладонью по волосам. - Забыл уже? Напомнить? - игриво вздернула бровку. Одна рука скользнула вниз, накрыла пах. - Я скучала.

- Вернись, - перехватил ее на дорожке мужчина.

- Отстань!

- Хозяин велел…

- Ааааа хыф, пыф!! - вырвалось само. Лицо перекосилось от злости, пальцы в кулаки сжались и Ярослава даже взвизгнула от ярости, топнула ногой. - Ненавижу!! - процедила.

Охранник равнодушно глянул на нее:

- Да, пожалуйста. Но сейчас вернись и поднимись в гостиную. Или мне силой тебя привести? Лешему это не понравиться. У него гостья.

- Лешему! - уставилась перед собой, пытаясь смирить гнев. - Леший и кикимора. Классная пара! - выставила большой палец лесу. - Вот и миловались бы меж собой!!

- Может они втроем хотят? - спокойно заметил мужчина.

У Ярославы не то, что гнев, слова пропали:

- Чего? - развернулась.

- Того! - рявкнул и, схватив ее за руку, повел обратно.

"Если только он это сделает, я точно его убью!" - подумала

Ярослав, поднимаясь наверх.

Алекс и "ведьма" целовались, причем настолько интимно, что девушку перевернуло. Хотя подумать, какое ей дело?

Ярослава насуплено замерла у дверей.

- Аа, вот и твой домашний питомец! - воскликнула Ирма с милейшей улыбкой. - Взъерошенный котенок с помойки. Ах, Алекс, все бы тебе гадость всякую в дом вести.

Если бы она перестала обнимать мужчину, если бы отошла, и он перестал улыбаться, приобнимая ее, Ярослава бы промолчала. Но нынче у нее что-то случилось с благоразумием, слова сами с языка слетали:

- На себя посмотри, вобла сушеная, - буркнула.

Женщина выгнула бровку и рассмеялась, изгибаясь в руках Алекса:

- Какая прелесть! Теперь я тебя понимаю, мой дорогой: ты приобрел не котенка, а милую, домашнюю собачку. Сказалась любовь к остренькому. Мало своры борзых, да, милый? Их нельзя трахать за лай.

"Кикимора!" - глянула на нее Ярослава, прошла в гостиную и шлепнулась на диван, плюхнула ноги прямо на журнальный столик, сложила руки на груди и вызывающе уставилась на мужчину.

Ирма оглядела нахалку и тоже уставилась на Алекса: выжидательно.

Он понял, что намечается скандал и, спокойно улыбался.

- Рад, что вы понравились друг другу. Прошу, дорогая, - помог

Ирме сесть напротив Ярославы, а сам сел с ней и погладил вытянутые ножки. Девушка тут же убрала их со стола и от его рук. Вот и прекрасно.

- Как на счет чая? - спросил у Ирмы.

- Да, - натянула опять улыбку. - Милочка, я же просила вас принести "Леди Грей".

Ярослава прищурилась на нее: ну, стерва!… И подумала, что неплохо было бы принести ей чай, предварительно сыпнув туда перца, соли и слабительного.

- "Леди Грей"? - улыбнулась, скопировав ее улыбку. - Сейчас.

Не возражаешь? - повернулась к Алексу, и как черт ее за ум дернул: обхватила его лицо ладонями, поцеловала со стоном в губы. Встала и пошла вниз за порцией гадости для гостьи. Настроение чуть приподнялось оттого, что Ирме было явно неприятно наблюдать за этой сценой.

Пусть знает, кто собачка!

Алекс рассмеялся, забавляясь происходящим. Он был рад, что

Ярослава так бурно и эпатажно реагировала на его бывшую пассию - это о многом ему говорило, а что ей явно ни о чем - ерунда. И был уверен

- начало. Наверняка малышка, что-нибудь еще учудит. Ревность, которая не опознана, обуздать сложно, она и узнанная порой не управляема.

Приятно.