И вцепился в снимок УЗИ, как в шедевр, так и вышел с ним, вглядываясь с очертания плода, а другой рукой придерживая будущую мамочку за талию.

- Хочешь колье? - вспомнил о ней и, свернув бумагу с улыбкой получившего весь мир, положил снимок в карман куртки.

- Колье? - поджала губы Ярослава и вздохнула. - Ты неисправим.

Не хочу!

- А что хочешь? - обнял, улыбаясь ей в лицо, потерся носом о ее нос.

- Отпусти меня.

- Ууу, началось, - отклонился: что за привычка портить настроение?

- Я серьезно, Алекс. Ты не понимаешь - ребенок это связь надолго, это не на день и не на год…

- Какие проблемы, милая? После родов получишь свободу и миллион.

Да! - расплылся в улыбке: вот какой я щедрый, можешь не благодарить.

Ярослава насторожилась: щедрость Лешинского - мина с очень хитрым механизмом, абы не подорвала их с ребенком:

- За что?

- За ребенка! - что непонятного. - Ты не хочешь его, не хочешь хлопот - я все беру на себя…

И получил пощечину, звонкую, резкую.

На секунду Алекс зажмурился. Набрал воздуха в грудь, чтобы не сорваться, здесь же на лесенках клинике не устроить сцену. Перевел дыхание и тихо, но до дрожи неприязненно процедил:

- Никогда больше так не делай.

И потащил ее к машине, почти впихнул внутрь. Хлопнулся сам в салон и кивнул водителю: поехали. Минут десять и немного остыл, развернулся к девушке:

- В чем суть претензии? Ты получаешь свободу, я ребенка - каждый то, что хочет. Или ты хочешь, что-то еще? Виллу на Канарах, личный вертолет?

- Я хочу нормальной жизни! Я хочу, чтобы у моего ребенка был отец! Я хочу любить отца ребенка, а не просто трахаться с ним! Я хочу, чтобы ребенок рос в полноценной семье!

- И семьи, - кивнул, сообразив.

- Да! - развела руками - дошло?!

- Это исключено…

- Знаю! Поэтому не понимаю твоей радости! Ты можешь обеспечить своего наследника, кинуть кусок матери - супер! Гегемон! Бог! Только ребенку еще любовь нужна! И не на словах - на деле! Чтобы он видел, как это любить, чтобы знал, как это, жить в тепле! Чтобы понимал, что такое душа! Чтобы принципы были!

- Твои? Уволь. Мой сын не будет слюнтяем.

- А мой не будет похож на тебя! - взвилась Слава. - Миру не нужен еще один монстр!

Оба замолчали.

Алексу было неприятно до зуда в ладонях, и он сорвал раздражение на Штольце, устроив нагоняй из-за какой-то мелочи. Лучше не стало.

Леший со злости позвонил двум дивам и пригласил на раут в особняк.

Монстр, да? А вот другие так не считают!

Музыка, хохот, били по ушам Ярославы. Она прекрасно понимала, чем там, над ее головой на втором этаже занимается Лешинский. Это стало последней точкой. Представлять, что ее ребенок будет расти в такой атмосфере Ярослава не хотела, а то что банально ревнует и обижается на него - не думалось. Да и слова Лешего, что он готов купить у нее собственного ребенка, до сих пор стояли в ушах и бросали в дрожь своим кощунством.

Мало об нее вытирали ноги, готовились вытереть и о ее ребенка.

Ну, нет! Она не допустит!

Девушка глянула на часы - первый час ночи.

Собралась мигом, в порыве. Скинула в дамскую сумочку браслет, колечко, что дарил ей Алекс, ничуть не задумываясь о моральной стороне дела. Деньги она не брала и брать не собиралась, но продаст браслет и колечко, сможет купить элементарно паспорт на чужое имя, билет в Тьму-Таракань, чтобы там и близко никаких олигархов не наблюдалось.

План созрел сам.

К Свете ей нельзя, это ясно, в Якуцк тоже - упоминала о нем и

Алекс обязательно зацепится за это. А что искать будет - точно. Не ее понятно, ребенка, он ему нужен.