- Откуда ты знаешь, что она исчезла?!

- От девушки по имени Света.

Ярослава перевела дух и полезла за сигаретами в карман. Ей нужно было срочно закурить и успокоиться. Она чуть не умерла, услышав от мужчины об Инне!

- Что ты себе придумала?

- Вот именно, - вздохнула. Закурила и приоткрыла окно, подставила лицо ветру, чтобы в чувство прийти. - Я думала, что ты… неважно.

- Что я садист, маньяк и извращенец, - сказал спокойно.

Ярослава покосилась на него: именно это она и подумала. Вопрос, как он догадался?

- Все твои мысли отражаются в твоих глазах. Сейчас ты, например, озадачилась, как я узнал, что ты обо мне подумала.

- Верю, - успокоилась окончательно. - Видимо ты очень хороший психолог. Да. Судя по машине тебя ценят. Это твоя машина?

- Моя.

- Зачем скрывал?

- Если бы сказал, это что-то изменило?

Девушка подумала и качнула головой:

- Нет.

- Так и подумал. Ты не продаешься, - усмехнулся.

- Не покупаюсь, - парировала.

- Все покупается и продается, все! Вопрос лишь в цене.

- Могла бы поспорить, но чувствую бесполезно, - заметила сухо.

Алекс все больше ставил ее в тупик. И она уже не понимала - отталкивает он ее или привлекает. Цинизм она не любила, но трезвую рассудочность считала положительным качеством. Грань же меж тем и другим была призрачна и не всегда четко определялась. В случае

Алекса же вовсе превратилась в ничто. Его слова можно было расценить как, то и другое, и в то же время как ни то, и не другое.

- Правильно. Не стоит спорить о том, чего не знаешь.

- Не "не знаю", а не хочу. Разница. И зачем мы едем куда-то?

Почему нельзя поговорить в городе, в машине?

- Не люблю разговаривать на серьезные темы на ходу или в толпе.

Мы едем туда, где нам никто не помешает обсудить все нюансы предложения.

- Надеюсь не руки и сердца?

- Нет, - рассмеялся настолько беззаботно и откровенно, что

Ярослава даже чуть обиделась. Правда на себя - за глупость, по которой решила, что мужчина в нее влюблен. И даже пожалела его.

Однако, судя по его поведению ему было глубоко наплевать на нее. И слегка озадачивало - чего ж он тогда упорно бегал за ней, если она ему в принципе не нужна.

Но что заморачиваться? Нужно расслабиться и порадоваться. Правда

Ярослава еще и загрустила - быть не нужной печально, а осознавать это, по-настоящему огорчительно.

Дорога ушла направо, в лес, но как ни странно, превратилась не в проселочную, с рытвинами да колдобинами, а в шикарную трассу, на которой, видимо по стечению обстоятельств, не было видно ни одной машины. Зато прямо за поворотом, появился шлагбаум, пост неизвестного назначения с несколькими охранниками в прорезиненных ярких куртках. Алекс просто посмотрел на одного, приоткрыв окно авто, и ему открыли путь.

Вскоре появилась ограда, немного помпезная, высокая, монументальная, бесконечно углубляющаяся в лесную даль, как заборы какого -нибудь завода в неизвестность. Ярослава поглядывала на нее и силилась угадать, что за производство за ней спрятано, что вообще можно строить в лесу и зачем тратить колоссальные деньги на ограду - вычищенную, окрашенную и украшенную.

Машина уперлась в ворота, громоздкие, капитальные, украшенные как ограда, но не только лепниной, а еще и электронными штучками.

Алекс нажал клаксон, поторапливая охрану и ворота беззвучно отъехали в сторону, "cayeen" поехал дальше. Ярослава буквально прилипла к окну, рассматривая местность - ухоженную, разбитую на полянки, клумбы, островки леса; и дом что виднелся впереди, простой и вычурный одновременно, вроде игрушечный - до того аккуратный, но явно огромный.