В этом году Джек с Эйсом сняли дом неподалеку от Всеанглийского теннисного и крокетного клуба. После турнира в Истбурне к ним присоединились Кэти и Мелисса, а Роза взяла на себя роль домохозяйки и блюстительницы девственности Мелиссы, угрозу которой со стороны Эйса учуял Дэниел. Появление Розы не вызвало особой радости у Кэти. Она сердцем чувствовала, что мать не одобряет выбор сына. В этом она была права, но лишь отчасти. Отношения Джека с Кэти беспокоили Розу гораздо меньше, чем постоянные нападки американки на Мелиссу, с которой та особенно не церемонилась на тренировках. Но когда Роза закрыла глаза на то, что Джек и Кэти живут в одной комнате, в доме воцарилась вполне дружественная и спокойная обстановка.

Мелисса не покидала клуб с утра до позднего вечера, в буквальном смысле живя и дыша одним теннисом. Вместе с Кэти они наблюдали за будущими соперницами Мелиссы, подмечая их сильные и слабые стороны, манеру игры, и делали соответствующие выводы.

Матч в соревнованиях смешанных пар, в котором Мелисса и Джек играли против Хэла и Лайзы Ренуик — брата и сестры из Калифорнии, — был назначен на среду. После утренней тренировки Мелисса сидела в раздевалке и ждала, когда освободится четырнадцатый корт, на котором им предстояло выступать.

Она особенно не волновалась, но ощущала определенное возбуждение от того, что будет играть в паре с Джеком, подводить которого ей не хотелось. Согласившись на партнерство с ней, а не с более сильной теннисисткой, брат пошел на определенную жертву, рискуя очутиться в дальнейшем в невыгодном положении при жеребьевке.

— Мелисса! — окликнула ее Кэти, вбежавшая в раздевалку. — Не рассиживайся! Сейчас ваша игра! «Одиночники» закончили соревнования на центральном корте раньше, чем предполагалось, и ваш матч перенесен туда.

— На центральный корт? — тупо уставилась на нее Мелисса. Она не ожидала, что ей придется играть перед тысячами болельщиков и телевизионными камерами. — Нет, это невозможно! — осевшим голосом сказала она.

— Не трусь! Джек тебя поддержит! — ободрила ее Кэти. — Да другие участники просто сдохнут от зависти! Не каждому выпадает такая удача!

— Я понимаю, — вздохнула Мелисса. Взяв себя в руки, она подхватила свои ракетки и следом за Кэти вышла из раздевалки. Сердце бешено колотилось, но она сумела улыбнулась Джеку. Ноги стали как ватные, и Мелисса даже споткнулась.

— Кажется, я надела не ту пару тапочек, — пробормотала она.

— Нет, обувь на тебе нормальная, — спокойно сказал Джек.

— Мне нужно в туалет!

— Ты только что оттуда.

— Я не умею делать реверанс…

— А тебе и не придется его делать! Члены королевской семьи уже покинули трибуну, как, впрочем, и большинство зрителей. А телевизионщики заняты трансляцией матча на первом корте, — соврал он. — А вот и наши соперники. Возьми себя в руки!

Мелисса уже видела Хэла и Лайзу. Рыжеволосый юноша с добрыми карими глазами и его сестра, высокая блондинка, не первый год входили в число профессиональных теннисистов. Аплодисменты, которыми зрители встретили игроков, вышедших на корт, едва не оглушили Мелиссу. Она в ужасе оглянулась на трибуны: все они оказались заполненными болельщиками, а сам корт показался ей значительно больше обыкновенного. На табло крупными буквами высветилось объявление: «ДЖ. Д. ФАРРЕЛЛ И М.Р. ФАРРЕЛЛ ПРОТИВ Х.Э. РЕНУИК И Л.Э. РЕНУИК». Выиграв жеребьевку, Джек выбрал право приема подачи, с тем чтобы дать возможность Мелиссе успокоиться перед ее подачей в четвертом гейме.