— Роберт Хантер. Зовите меня Робертом.

Они уселись.

— Ладно. Давайте что-нибудь закажем.

Стоукс движением руки подозвал официантку и, не глядя в меню, заказал особый завтрак. Хантер попросил чашечку черного кофе.

Стоукс откинулся на спинку стула и расстегнул пуговицы на пиджаке.

— Значит, вы расследуете убийство Энди?

Коп покачал головой и посмотрел куда-то вдаль, прежде чем остановить усталый взгляд на Хантере.

— Это правда, что его труп порезали на куски, то есть обезглавили и расчленили?

Хантер кивнул.

— Сожалею, но так оно и есть.

— А из частей его тела составили нечто, похоже на скульптуру?

Хантер снова кивнул.

— Думаете, это дело рук какой-нибудь банды?

— Ничто на это не указывает.

— Значит, действовал псих-одиночка?

— Скорее всего, да.

Стоукс левой ладонью вытер пот с блестящего лба. Хантер видел, как он сжал зубы.

— Черт знает что! Ублюдок! Трус вонючий! Такая смерть недостойна полицейского. Я отдал бы все за возможность пять минут пробыть один на один с подонком, который это сделал. Тогда мы посмотрели бы, кто кого расчленил бы…

Хантер внимательно наблюдал за собеседником. Видно было, что Стоукс едва справляется с обуревавшими его чувствами.

— Знайте, что вся полиция Лос-Анджелеса в вашем полном распоряжении. Только скажите, что надо делать, и мы это сделаем. Этот психованный убийца полицейских должен получить по заслугам.

Хантер промолчал.

— Насколько я понимаю, это не было случайностью. Энди убили преднамеренно… Это похоже на месть…

— Да… похоже…

— За что? Он не участвовал в оперативной работе…

Стоукс тряхнул головой и прищурился, вспоминая.

— Восемь лет, — подсказал Хантер.

— Точно… восемь лет… С тех пор он на бумажной работе… — Себ умолк, внезапно осознав, что это означает. — Подождите! Выдумаете, это месть за дело, по крайней мере, восьмилетней давности?

— Вы были напарником Нэшорна? — вопросом на вопрос ответил Хантер.

— Ну… не совсем напарником… Мы вместе работали над несколькими делами, но тогда в Южном райотделе большинство расследований вел один детектив, а не два. Мы тогда занимались всякой мелочевкой: ограблениями, уличными кражами, насилием в семье и тому подобным. Энди и я работали вместе над несколькими убийствами, связанными главным образом с разборками уличных банд. Более важные дела отдавали вашим ребятам в убойный отдел.

Официантка принесла кофе. На поверхности чашки Стоукса было столько взбитых сливок, словно это была засыпанная снегом рождественская елка. Хантер подождал, пока его собеседник высыплет три пакетика сахара в свою чашку.

— Думаете, этот подонок из тех, кого Энди и я помогли упрятать за решетку?

— В данный момент мы рассматриваем любые версии.

— Чушь! Я ведь не герой детективного романа, чтобы такое слушать. — Маленькой деревянной палочкой Стоукс принялся размешивать кофе. — Секундочку! Вы считаете, что этот ублюдок так быстро не успокоится? Скажите, вы здесь, случаем, не для того, чтобы предупредить меня об опасности?

— Нет, я здесь не для этого. Но осторожность еще никому не вредила.

Стоукс рассмеялся. Это был громкий, гортанный смех.

— И как мне следует поступить, детектив? Попросить у коллег защиты? Купить пистолет побольше?

Он подался вперед настолько, насколько позволял его «пивной» живот, и, отодвинув полу пиджака, показал кобуру под мышкой.