Она не обнаружила жизни. Нигде. Она этого и ожидала. Фактически она подтверждала свое предположение относительно внутренней части кластера.

Здесь гравитация концентрировала пыль и газы до тех пор, пока скорость возникновения звезд не становилась просто неправдоподобной. Каждый раз, как кластер проходил через облака вокруг галактического центра и собирал новую порцию материи, тут же происходило внезапное образование суперновой, несколько процентов за миллион лет или больше. Он не мог наблюдать, неистовство там бушевало, он едва ли осмелился прикинуть этот процесс в цифрах. Вероятно, радиация сделала жизнь невозможной на протяжении пятидесяти световых лет вокруг (следовательно, Киркасант должен находиться несколько дальше, что подтверждается теми фактами, о которых ему говорили, что межзвездная среда гораздо плотнее в этой области ядра, чем по соседству с исчезнувшим миром).

Ядра пеклись как блины внутри звезд, не за два-три-четыре звездных поколения, что требовалось нормальным галактикам — здесь же типичный атом мог прекрасно подвергаться дюжине различных последовательных взрывов суперновых. Трансформация строилась на трансформации. Водород и гелий оставались самыми обычными элементами, но только из-за того, что они переполняли изначально химическое соотношение элементов. И наоборот, более легкие вещества в основном встречались редко. Планеты не были похожи ни на что известное ранее. Гиганты были покрыты толстой коркой замерзшей воды, а более мелкие — обширные кремниевые корки. Углерод, кислород, азот, натрий, алюминий, кальций — все терялись среди железа, золота, ртути, вольфрама, висмута, урана и веществ трансуранового ряда… На некоторые маленькие сферические планеты Лори не осмелился высадиться. Они давали слишком сильную радиацию. Хорошо защищенный робот, возможно, и сможет когда-нибудь ступить на них, но живой организм — никогда.

Команда «Макта» не предлагала ему своей помощи. Обиженный, он безрассудно не просил их об этом. Джаккарви осуществляла основную связь с их капитаном и навигатором. Он усиленно трудился до тех пор, пока не валился с ног, потом просыпался, подзаправлялся едой и опять приступал к работе. Летя между звезд, он делал подробные анализы своих образцов. Было достаточно мудрено отгонять свои мысли от Грейдал. Такие минералы, как эти, не могли больше образоваться нигде, как только в заколдованной местности.

Наконец корабли вышли на орбиту какой-то планеты, у которой была атмосфера.

— Ты действительно хочешь выйти тут? — спросил компьютер, — Я бы этого не советовала.

— Ты никогда не советуешь мне делать то, чего я хочу, — огрызнулся Лори, — Я понимаю, что воздух добавляет еще один фактор риска, который необходимо принимать в расчет. Но я хочу получить представление о распределении элементов на поверхности объектов подобных этому, — Он потер воспаленные глаза, — Это будет последняя планета. Потом мы отправимся домой.

— Как пожелаешь, — неужели действительно искусственный голос издал вздох? — Но после такого длительного пребывания в космическом пространстве тебе придется подготовить все для аэродинамического приземления.

— Нет. Я как обычно возьму сани. А ты будешь следить.

— Ты становишься невыносимым. Разве это шарик, где нет атмосферы и где я могу оставаться на орбите прямо над вершинами гор и высматривать все, что с тобой может произойти? Ну, а если я не ошибаюсь, здесь настолько насыщенная ионосфера, что радио с саней не может достичь меня.

— Ничего необычного не произойдет, — сказал Лори. — А если и случится что-нибудь, ты не освобождаешься от необходимости препроводить благополучно киркасантян отсюда.

— Я…

— То, что ты слышала — приказ. — Лори продолжал обсуждать некоторые основные меры предосторожности.