И вот она вышла. В синем платье с неоновыми полосами. Они блистали под прожекторами, а сама женщина готова была отдаться миру, отчего толпа ликовала, подхватив её эйфорию.

Началась новая композиция. Звякнули колокольчики, фоном потянулись тихие басы, что меня несколько удивило. Но с каждым мгновением они нарастали, подключались и другие электронные звуки, а потом… она запела:

И вот тогда музыка грянула с той «тонкой» силой, которую способен прописать лишь талантливый композитор (надеюсь, он не будет против, если узнает, что его музыка исполняется в параллельном мире). Нет, она не грохотала, как это обычно бывает в подобных заведениях. Наоборот, все звуки гармонировали, не старались перебить друг друга, и силились создать нечто потрясающее.

— Нравится? — я заговорил первым.

— Смотря что ты имеешь в виду, — хмыкнул Тсукико, взглянув на меня. — Но да, мелодия весьма бодрящая. Давно такого не слышал.

— Рад, — добродушно улыбнулся я. — Польщён, что моя музыка кому-то доставляет удовольствие.

— Твоя? — спросил я.

— Ага, — кивнул ему. — Клуб, как ты уже мог понять, тоже мой.

— Шикуешь.

— Отчасти, — уклончиво ответил я. — На его создание были несколько другие причины, кроме заработка и женщин.

— Красиво сказано, — из сумки парня внезапно послышался голос. — Смотри, как заливает, Тсукико, словно соловей.

— Кто там? — настороженно спросил я, напрягаясь.

— Мой добрый друг, бакэ-дзори, — он раскрыл сумку и обратился к кому-то там: — Можешь вылезать.

В ту же секунду на стол перед нами запрыгнул деревянный сандаль, отчего я ошарашенно дёрнулся на месте.

— Обалдеть, — пробормотал я, быстро взяв себя в руки. — Это робот какой-то?

— Не совсем, — ответил Тсукико и улыбнулся. Судя по всему, гостю нравилось, что теперь пришёл его черёд удивлять. — Он из настоящего дерева.

— То есть живой? — недоверчиво прищурился я и осторожно ткнул пальцем бакэ.

— Эй! — возмутился тот. — Попрошу без рукоприкладства.

— Ладно, — я тут же убрал руки. — Как скажешь.

— Он не совсем живой, — продолжил Тсукико. — Как-то предлагал проверить умрёт он на самом деле или нет, но бакэ отказался.

— Конечно, — продолжил сандаль возмущённым голосом. — Ставь на себе такие эксперименты. Мне хватило одной смерти.

— Да, — вздохнул я. — Мне тоже.

— Хватило одной смерти? — удивлённо переспросил я. Разговор становился всё интереснее. — Вы, что, тоже попаданцы?

— Тоже? — на этот раз уже Тсукико вопросительно изогнул бровь.

— Ох, блин, — я откинулся на диван и размял пальцами переносицу. — У меня был тяжёлый день. Прости, оговорился…

— А вот и нет! — бакэ весело засмеялся и подпрыгнул на столе. — У меня нюх на перенесённые души, так что не стоит отрицать этого! Уверен, наша компания будет воистину уникальной!

«О да! Выпусти меня, этот сандаль отличный парень! Дай нам вместе выпить!»

Ага, чтобы гости увидели чёрного монстра вместо Ростова?

«И снова обзываешься. Фу, таким быть, человек».

— Бакэ, успокойся, — попросил Тсукико.