— Генерал-полковник, — проворчал тот. — Владислав, мне сказали, что у тебя доказательства?

— Да, — я достал флешку, но отдавать не спешил, посмотрел на Наталью, но та гордо молчала. — Пришлось, правда, добыть их не совсем законно.

— Вломился к ней в квартиру? — догадался усатый и хмыкнул. — Молодец, я-то знаю, какая у неё охрана.

— Никчёмная, — честно ответил я. — Даже одеться по-человечески не могут.

При этих словах женщина скривилась.

— Так и что здесь? — генерал требовательно протянул руку. — Я должен поверить, что на этом куске пластика есть доказательства об измене?

Чёрт, жаль ещё скопировать не получилось.

— Да, — коротко ответил я, не спуская глаз с Дмитровой. — Достал из летающей тарелки.

И вот тогда она сдалась. Услышав мои слова, её глаза расширились, а на лице проступил испуг.

Бинго! Вот теперь можно.

Я отдал флешку главному вояке.

— Ещё что-то есть? Ты скопировал документы?

— Да, — пришлось соврать. Не доверял я ни ему, ни кому-то ещё в коридоре. Ну, кроме своих. Если Болконский и Вебер хоть как-то связаны, то узнав правду, нас могут повязать прямо здесь же. — Успел сохранить в серверном облаке и поставить на таймер.

Генерал одобрительно кивнул.

— Молодец, всё верно. Но оно нам не понадобится. Вижу, наша мадам совсем расклеилась, значит, не простые здесь бумажки.

— Там… — она робко подала голос. — Там мои видео и фото… с закрытых вечеринок.

— Да неужели? — генерал вскинул брови. — Альберт Вебер тоже в них участвует?

— Никак нет, господин генерал-пол…

Наталья не успела закончить фразу, как её ноги подкосились, а сама она упала в обморок. Благо, один из солдат успел подхватить её на руки.

— Приехали, — снова заворчал усатый. — Вы, двое, — кивнул офицерам, — отнесите в медпункт и приведите в чувства. Глаз с ней не спускать.

— Есть! — одновременно отозвались солдаты и мгновенно исчезли с телом женщины за углом.

Генерал же достал рацию и прохрипел:

— Подкрепление к кабинету посла Вебера! Немедленно!

— Зачем, господин генерал? — улыбнулся дядя и двинулся дальше. — Поверьте, мы справимся с ним лучше, чем кто-либо из ваших людей.

— Говори, говори, да не заговаривайся, — ответил он. — Вы, Ростовы, всегда что-то отчебучите.

— Так в том и смысл, — я тоже расплылся в улыбке.

— А, чёрт с вами, — махнул рукой, — идёмте.

Мы прошли ещё несколько пролётов и оказались около внушительной двери. Генерал не стал стучаться, а сразу же вошёл в приёмную. Просторная комнатка. Справа стулья, слева стол с миловидной секретаршей, которая тут же вскочила с места.

— Господин генерал, — запричитала она, пытаясь преградить нам дорогу. Но усач пёр напролом, не обращая ровным счётом никакого внимания на щупленькую девушку. — Господин генерал, туда нельзя.

— Мне можно, — грубо ответил он и отодвинул ту со своего пути.

Распахнул дверь посла и грузно вошёл внутрь. Немец сидел за широким деревянным столом и разговаривал с кем-то по телефону. Но стоило нам появиться, тут же прервал связь и медленно поднялся с места.

— Хенерал-полковник, — произнёс он с жутким акцентом. — К чему такой честь?

— Господин Вебер, вы обвиняетесь в государственной измене! — сурово произнёс наш усач, выпрямившись по струнке.