Она вернулась к телу, ощупала внутренние карманы.

– Так и есть. Мобильный телефон. Он получил какое-то известие и, прервав рыбалку или точнее – подводную охоту, вернулся раньше на двое суток.

Она машинально сунула телефон в карман куртки, задумалась.

Она ещё в подъезде заткнула вафельным полотенцем то место в остатках головы, из которого хлестала кровь. Теперь она туго перевязала культю найденным в багажнике старым шлангом и, поднатужившись, подняла ноги коллекционера на уровень багажника. 3абросив ноги в элегантных коричневых ботинках в багажник, она аккуратно перевалила туда и тощую задницу коллекционера, и его торс, стараясь положить его так, чтобы кровоточащая рана находилась в положении, исключающем большую потерю крови. Хотя ей было ясно, что машину все равно придется уничтожать, сделала она это инстинктивно, чтобы кровь по крайнее мере не сочилась из багажника.

Она постояла минуту в тени деревьев, прислушалась, пригляделась, – не высунулась ли в какое окно морда страдающего – бессонницей курильщика, не возвращается и ли домой припозднившаяся парочка влюбленных, не вышла ли научную прогулку некая шизанутая старушка с задыхающейся от тучности и старости болонкой.

Все было тихо.

Вот и хорошо, что тихо, – сказала себе Татьяна. – Нам и не надо, чтоб было громко. Чистильщик, это такая профессия, когда чем тише, тем лучше.

План у неё уже созрел. Захлопнув багажник, она вернулась в подъезд. Снова открыла дверь. Не зажигая света, пользуясь направленным лучом фонаря, она осмотрела квартиру коллекционера. Загадок тут для сыскарей оставалось больше, чем надо. Хотя, чем больше, тем лучше. Это уже специфика киллера, работающего «по квартирам». Чем сложнее, тем дольше ищут, а там где ты был, тебя уже нет. Взгляд её остановился на аквариуме с мелкими озерными и речными рыбками.

Она прошла на кухню, внимательно осмотрела содержимое шкафов. Зашла в ванную комнату, осмотрела ещё более внимательно содержимое шкафчиков с туалетными принадлежностями. За стиральной машиной она нашла то, что искала. Пустую бутылку с завинчивающейся пробкой. Вернулась в комнату, набрала в бутылку воды из аквариума, осторожно вышла из квартиры.

В подъезде было тихо. Она осветила фонариком те места, на стенах и потолке, где покоилась с миром верхняя часть головы коллекционера.

– Вполне сойдет на первое время за потеки сырости. К утру засохнет, будет некрасиво, но с «граффити» местных половозрелых подростков, разрисовавших стены страстными признаниями, матерными стихами и уверениями в неизбежно повсеместной и вечной победе «Спартака», потеки засохшей крови и мозгового вещества выглядели вполне декоративно.

– А могут и вообще ничего не заметить до ближайшего ремонта, – философски подумала Татьяна, и медленно, словно вышла погулять, направилась к машине.

Ключ даже не пришлось искать в карманах трупа. Он, видно, сильно спешил. Ключ так и остался в салоне. Она включила зажигание и медленно, привыкая к новой для себя машине, взяла с места, свернула с подъездной дорожки налево, выехала на пустую дорогу, ведущую к станции, проехала один квартал, до линии коммерческих ларьков ТОО «Торговые – ряды Новоивантеевки», и, свернув на шоссе, идущее вдоль железнодорожных путей, поехала строго на юг.

В двух километрах от поселка, там, где шоссе и железная дорога разошлись так, что с дороги не видно, что делается на шоссе, и – наоборот, а с реки вообще ничего не видно, потому что в этом месте её берега густо поросли ивой и кустарником, она остановила машину.

Вначале, открыв багажник, она вытащила труп. Потом прислонив плечи коллекционера к заднему колесу его же машины, она освободила заткнутое некогда белым вафельным полотенцем, то место его тела, которое ещё недавно было нижней частью головы.