Loading...
Изменить размер шрифта - +
Терраса открывала прекрасный вид на сад в центре дворца. Обычно, двери сюда всегда были открыты, ведь здесь размещался бар, но сейчас, Дэйн Митчелл, один из телохранителей Тала, посчитал это место небезопасным.

После того происшествия, которое случилось несколько месяцев назад, и едва не закончившееся убийством жены ее кузенов, Дэйн стал помешан на безопасности. Каждый пытался объяснить ему, что преступник, Халил, уже мертв, и не было похоже на то, что тот собирался воскреснуть, как зомби и съесть мозги Пайпер. Алия почувствовала, как улыбается. Она была единственной, кто использовал этот аргумент. Но Талиб, Рафик и Кадир, став еще более бдительными, выработали новый "сохранить женщин в безопасности", план.

Для Алии этот план был больше похож на "никогда не давать женщинам развлекаться". Или минуты наедине с собой.

— Привет, Лэндон.

Ей не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что именно он стоял за ее спиной, сильный и решительный. Девушка услышала резкий скрип открывающейся двери… затем тишина. Лэндон Никс никогда не издавал ни звука, но иногда такие мелочи, как скрипучие петли разрушали его бесшумную грацию.

— Вам не обязательно разговаривать со мной. Но я не могу оставить Вас одну. Просто представьте, что меня здесь нет.

Невозможно. Повернувшись, она посмотрела на самого тихого из трех ее охранников, которые были наняты спустя несколько месяцев после ее спасения. К тому времени она уже успела прийти в себя, и Алия была рада, что они никогда не видели ее такой слабой. Мужчины в общих чертах знали о ее похищении, но к тому времени, когда Тал нанял их, вторя совету Коула Леннокса, ее как психическое, так и физическое состояние успели восстановиться. Все трое защищали ее днем и ночью. И уже успели стать для нее настоящим проклятием.

А также центром каждой ее фантазии.

Лэндон стоял в углу, и цепляющиеся за него тени, делали его образ еще более опасным, чем он был на самом деле. Ростом в шесть футов и три дюйма — меньше, чем другие два грузовика, как он называл своих друзей — он казался не менее опасным. Ее разум подсказывал ей, что что-то в нем заставляло ее чувствовать себя спокойнее, чем с другими двумя. Дэйн был тёмной лошадкой, с задатками Доминанта, Купер же постоянно флиртовал — и то, и другое пугало ее до смерти.

Однако Лэндон, с его золотыми волосами и прекрасным лицом, выражение которого было похоже своей безмятежностью на нетронутую гладь озера, успокаивал ее своим присутствием. Он никогда не настаивал на разговоре или улыбках. Охраняя ее, он, молча, шел за ней по пятам. В отличие от Купера и Дэйна, которые либо заигрывали с ней, либо настаивали на том, чтобы она следовала за ними, Лэндон просто делал свою работу. И делал ее хорошо.

Он был чем-то похож на большого, великолепного лабрадора ретривера, который у неё был в детстве. За исключением того, что ее никогда не посещали фантазий о том, чтобы прикоснуться к влажным губам Герцога, и уж тем более к губам его друзей.

Она должна перестать думать об этом, но Лэндон делал это невозможным, не тогда, когда он стоял настолько близко к ней, и ночь мягким светом окутывала все вокруг нее. Алия прокралась сюда, чтобы сбежать от толпы гостей, и была удивлена насколько ей приятно находиться здесь наедине с Лэном.

— Неужели Талу все-таки удалось заставить тебя надеть смокинг?

Даже в темноте она заметила, как его лицо покрылось румянцем. Может, именно из-за этой особенности Лэна она чувствовала себя с ним настолько комфортно? Он явно не привык к тому богатству, которое теперь окружало его. С тех пор, как она вернулась в Безакистан, во дворец, она чувствовала то же самое. В реальном мире, ей посчастливилось стать свидетельницей настоящих страданий, и иногда вся эта роскошь раздражала ее.

— Понятия не имею, почему должен носить этот костюм обезьяны. Хоть он и пошит специально для меня, но все равно слишком плотно обтягивает, — сказал Лэн с техасским акцентом, немного растягивая слова.

Быстрый переход