Однако вот то, что мне приснилось под утро, я запомнил хорошо. Мне снилось, что я иду по чистому полю, заросшему не то мхом, не то плесенью, не то лишайником. Я видел подобную местность в старинной игрушке, где надо было собирать растения, варить из них зелье и мочить из лука манерных эльфов и прочих чудовищ. Посреди луга рос мой Огурец, он постепенно становился всё толще и толще, мощнее и мощнее, и вскоре его очертания слились в одну большую зелёную фигуру в человеческий рост. Женскую фигуру, красивую, зовущую. Вместо волос у неё были жёлтые цветы и спиральные усики, как у огурца или гороха. Я подошёл к ней и отогнул края двух больших пятиугольных листов, скрывающих грудь. Усики в волосах оплели меня, зелёная женщина, охватившая мой торс, вытянула руки вверх и начала стремительно расти. Я летел вверх, через облака, потом мимо нас пронеслись корабли и орбиталки, естественные спутники, солнце, потом заплясали созвездия, и, наконец, внизу, под ногами оказался весь Млечный Путь, из самого центра которого тянулась зелёная лиана моей спутницы.

— Будь со мной, — шепнула она. — Приди.

Я резко проснулся и врезался лбом в наклонный потолок каюты.

* * *

Мы строили планету под не самым благозвучным названием Новочеркасск. Мне кажется, кто-то из канцелярии Императора специально выбирает наименее благозвучные. Я ничего не слышал про город, в честь которого её назвали, но знал, что все терраформируемые планеты в секторе обычно именуют в честь городов крупнейшего земного государства, от которого мы все произошли. А все колонизируемые планеты-океаны — в честь рек и озёр этого государства. То ли входило в традиции, то ли существовало правило, закреплённое в Протоколе, я, неуч, не помнил. За пределами сектора существовали подобные же традиции, однако там правила были куда проще — встречались планеты, названные по фамилии открывателей, в честь вымышленных городов и женских имён.

Планета строилась Волжским строительным концерном для Новой Империи. Технически я относился к первой подсмене второй подгруппы сорок пятой строительной бригады северного временного объединения бригад «Новочеркасск» шестой строительной группы отдела раннего терраформирования департамента благоустройства южного кластера дочерней компании «Авалон», зарегистрированной в Дальневосточном Зарубежье и налоги Империи не платившей. Работал на подряде, так как по штату в компанию входило всего семьсот человек. На деле Волжский строительный концерн был седьмым по размеру терраформирующим концерном в секторе и располагал сотней миллионов сотрудников и строительным флотом в полтысячи крупных кораблей и средних орбиталок.

Ну, я был рад и тому. Деньги платили не сильно большие, имперская пенсия не светила, но подрядная история фиксировалась в профиле на паре сайтов, и был шанс, что через десяток лет удастся вырваться куда-то за пределы круга рядовых техников. Да, никакой тебе семьи и личной жизни, никакого нормального дома, но отступать было некуда. И так, из сословия планетарных агритехников с каторжной планеты в техники космические вырывались единицы.

Отец заложил половину дедовского поля, чтобы старший сын смог обучиться кой-какой грамоте, сесть на рекрутский звездолёт и продержаться первые месяцы. Полгода числился кандидатом в младшие помощники техника — кидали на разные грязные работы вроде фасовки кислоты, переборке пищевых отходов, разборке металлолома, упаковке трупов. В команде имперских почти никого не было — бессарбские, дальневосточники и разные беженцы из Альянса. Держали в технических отсеках на логистической орбиталке, полулегально. Спали по десять человек на нарах, жрали биосуп.