В итоге, всё их дневное общение сводилось к тридцати-сорока минутам за завтраком и ужином в жилблоке и перед сном.

После первой смены, вопреки обычаю, Егорыч домой не отписался и не отзвонился. На вторую ночь он уже втянулся в ритм и выкроил пару минут, чтобы всё же зайти в переписку с родными. Аккаунт жены оказался заблокирован, Василиса удалилась из друзей. Неприятный холодок пробежал по спине. Набрал по телефону — трубку никто не взял. Тут уже стало немного страшно, и он набрал старшей, в Екатеринбург — дочка ответила, что занята и про их отношения с матерью не в курсе.

(продолжение в следующей главе через несколько минут. Дорогие читатели! Сделайте автору приятное — добавьте произведение в библиотеку, а автора в друзья)

Хамелеон (часть 2)

Первый выходной подкрался к Егорычу неожиданно. Когда «буханка» развезла ночных дежурных и собрала операторов со станций, Саркис, вытащив наушник из уха, спросил:

— Ну, как завтра выходной проведёшь?

— Что, завтра? Сегодня какой день недели?

— Воскресенье. А у тебя в понедельник поставили. У меня послезавтра.

— Ничего себе. И что, куда ты?

Армянин расплылся в коварной улыбке.

— Помнишь ту официанточку из Сургута? Нашёл я её. Три дня по сети полировал, обрабатывал. Всё, согласилась на свиданку. В гости позвала!

Зависть от прошлых и предстоящих подвигов напарника в этот раз ощутилась ещё сильнее обычного.

— В своём репертуаре. А местные-то чего? Людка из медблока, кухарка вон.

— Что мне людки, кухарки, — отмахнулся Саркис. — Разругался я с ними. И заняты они все. На стороне искать надо. Так ты не ответил, чего завтра будешь делать?

— А я вообще даже не задумывался. Как обычно, наверное — немного спортзал, немного в сети.

— Зна-аю я твой спортзал. Двадцать минут гантельку поднимешь — и уже в Интернете залип в игрушках на весь день. Ты лучше другим делом займись. У тебя же помимо вахтовых деньги есть?

— Есть.

— Я тебе сейчас подскажу пару тёплых местечек. Не сильно дорогих, но и не грязных. Смотайся в Салехард. Или в Уренгой.

— Ты что мне, предлагаешь… за деньги? Ты и сам, что ли?

— А что такого? Сейчас всё стерильно. У нас многие мужики ходят. Семён с третьего участка. Васька. В соседних секторах начальство даже негласно поощряет подобных жриц любви, если заводятся в коллективе.

Спрашивать адреса «срамных сайтов» в итоге Егорыч отказался, и выходной прошёл как обычно — скучно, в чтении новостей, сетевых игрушках и редкой переписке с друзьями и родными. Мать спрашивала, хорошо ли он обедает и ворчала о том, что не заехал перед вахтой. Старшая дочь, привычно вставшая на сторону матери, отругала отца, сказала, что всё знает, и потребовала извинений. Младшая сказала, что скучает и похвасталась успехами в учёбе. Егорыч и сам почувствовал, что скучает, и в итоге поздно вечером набрал жене. К небольшой радости, трубку супруга подняла, но диалог получился коротким.

— Что, вахта идёт? — сухим тоном спросила Василиса.

— Идёт. Ты это… не серчай на меня.

— Жив, здоров?

— Да, а у вас там как?

— Потом поговорим.

В трубки послышались гудки.

К обиде прибавилось и давно позабытое чувство ревности. По всем правилам жена должна уже была простить то, на что сама обиделась. Но разговор получился всё равно холодным и коротким. Неужели не скучает? Сомнения Егорыч залил банкой некрепкого пива, припасённого ещё из Сургут-Юганска и рано лёг спать.