– При всем уважении, владыка Иллидан, – обратился к нему Гатиос, – время – один из тех ресурсов, которых нам не хватает. Мы должны ответить Альянсу и Орде, заставить их бояться нас, отбить захваченные территории.

Гатиос вот уже несколько недель уговаривал Иллидана нанести ответные удары по армиям Азерота – с тех самых пор, как стало ясно, что они захватывают Запределье. С точки зрения стратегии, Изувер был совершенно прав: если Иллидан намеревался удержать Запределье, то следовало контратаковать. Однако было уже поздно: Предатель не мог позволить себе сражаться на трех фронтах сразу.

– Мы, – подтверждая это, предлагал Верас Глубокий Мрак, – можем заключить союз с одной из сторон. Стравить наших врагов друг с другом. Выиграем немного времени.

Верас хотел угодить Иллидану. К тому же с таким предложением вряд ли согласились бы Зеревор и Маланда.

Пока эльфы крови ссорились и спорили, Иллидан мысленно вернулся к планам портала. Сделать предстояло еще так много. Требовалось больше истинного серебра для насечек и вставок, а еще – усилить заклинания, которые направят энергию от вытягивателя на сам портал. Потоки энергии должны быть ровными и устойчивыми, чтобы и врата открылись плавно. Визуализация должна быть четкой и ясной. Ошибок быть не должно. Шанс сделать все правильно – один. Пока что Иллидан мог лишь отворить врата, но сам проход открытым не останется, его нужно будет поддерживать. Предстояло найти способ, как удержать его, когда Иллидан с армией отправится в Аргус. Сколько еще нужно успеть сделать…

– Твой ответ, владыка? – спросил Гатиос. – Что нам делать?

Внезапно навалилась усталость. Иллидана утомили пустые перебранки по поводам, которые больше его не интересовали. Утомило чувство слабости и измождения.

Время истекало, а у него еще остались незавершенные дела. Иллидан решил, что хватит ему отвлекаться по пустякам.

– Прочь с глаз моих, – сказал он, взмахом руки прогоняя советников.

Иллидан оглядел огромную комнату перемещения. День за днем, час за часом, минута за минутой создавал он последнее и самое мощное в своей жизни портальное заклинание. Все до единой насечки на полу он сделал собственноручно. Сам расплавил в тиглях истинное серебро и заполнил борозды. Вдоль краев ихором, смешанным с собственной кровью, начертил руны. На каждой стене теперь имелись сложные охранные знаки, узор которых был основан на татуировках Иллидана. Там, где пересекались линии рисунка, он установил черепа демонов и чародеев, и на каждом начертил миниатюрную версию той части рисунка, в которой стояла реликвия, – чтобы помочь направить поток энергии. Дополнения отражали звездные маяки в небе над Аргусом, а в самом центре узора лежала Печать. Сейчас в этом ключе, что приведет в мир Кил’джедена и направит энергию портала, пульсировала сила.

Однако все это было еще не готово. Машины заклинаний, которые перенаправят энергию душ от вытягивателя к узору в полу, пока не испытывали. Генераторы – огромные машины из меди, латуни и оскверненного железа, сложные, как гномьи агрегаты, – еще предстояло закончить. Процесс близился к завершению, но слишком медленно. Свое слабеющее тело Иллидан укрепил при помощи магии, добившись силы и способности к сосредоточению дюжины малых чародеев, однако и этого было недостаточно. На завершение такого сложного и большого заклинания требовалось еще несколько лун, тогда как песок в часах Иллидана убегал чересчур быстро.

Он, впрочем, не поддавался панике. Торопливость могла привести к ошибке, а в столь крупном предприятии малейшая оплошность означала катастрофу. Надо было лишь сосредоточиться на работе, сделать все, что требовалось от него сегодня, в этот час, в эту минуту: окончательно установить связь между Запредельем и Аргусом.