В какой-то момент она смогла ухватиться за поручень и попыталась броситься назад.

Глупый, иррациональный порыв, не имеющий никакого смысла. Но это всё, что сейчас было у неё в голове.

Только лишь в эту секунду, она вдруг осознала, что кричит. Вопит от неожиданной боли в груди, глядя на то, как изодранный багряный доспех падает на пол со сквозной дырой в том месте, где находилась кабина.

Выругавшись, Нори увидел, как из ведущего внутрь комплекса выхода выбегают хашмитские солдаты. Тогда он обхватил Лату за талию и развернувшись потащил от места схватки, утаскивая бьющуюся в истерике девушку.

Что-то ударило его в бок с такой силой, что они вдвоем полетели вперёд, ударяясь о ступени. Благо до ближайшей площадки оставалось не больше семи или восьми чертовски болезненных ступеней.

Тело в месте удара горело огнём, но он всё равно нашёл в себе силы встать, а затем рывком поднял девчонку с металлического настила. Шипя сквозь зубы от боли, он толкнул её вперёд.

«Критическое состояние реактора...»

«Критическое состояние реактора...»

«Критическое состояние всех систем. Внимание! Критическое состояние реактора...»

Красные строки бежали по треснувшим экранам. Кабину застилал яркий, разъедающий глаза дым. Вимал вздрогнул, с трудом осознавая, что именно происходит вокруг него.

Попытался пошевелиться, но тело словно онемело. С трудом повернув голову, Вимал судорожно и хрипло вздохнул.

Левая часть кабины превратилась в месиво. Огромная, узкая дыра проходила сбоку от него, уничтожив экраны и практически всё, что оказалось на пути пронзившего кабину «Шерхана» клинка.

Левые рука и нога превратились в кровавые ошмётки. Наверное, это шок, как-то отстранённо подумал Вимал, видя, как из ран вытекает кровь. Тело будто одеревенело и не хотело двигаться. Молодой сульфарец чувствовал, что вот-вот заснёт. Глаза так и слипались, а голова становилось всё более ватной и тяжёлой.

На одном из экранов что-то двигалось. Вимал с трудом повернул голову, на мгновение увидев Лату.

Она стояла там. Совсем одна, пока за её спиной показался Мак’Мертон.

Нори схватил её за талию и потащил прочь от места схватки.

Почему-то от этой картины хотелось улыбнуться. Губы не слушались. Даже толком не ощущались, словно покрытые воском. Они сделали то, что он просил. Забрали её. Живую. Это самое главное.

Из открытых ворот комплекса хлынули солдаты Камаан ке Сена. Практически сразу же они начали стрелять в ту сторону, где скрылись Нори и Лата. Вимал их больше не видел, но эта картина сжала его сердце ледяными тисками.

— Н... ну уж нет, сукины дети... — хрипло пробормотал он и протянул руку к панели. Славо богу, что та располагалась справа, а не слева.

Это простое движение потребовало от него всех сил. Казалось, что рука весит не меньше тонны. С таким трудом она двигалась.

Дрожащими пальцами, почти что на ощупь, Вимал нашёл нужную панель. Если сейчас ничего не сделать, то они убью их.

Убьют её.

Трясущиеся пальцы набрали короткий, четырехзначный код. Цифры в голове путались, а горящие иконки плавали перед глазами.

Он с трудом ткнул в последний символ и панель вспыхнула зелёным. Вимал не удержался и уже практически невидящими глазами посмотрел в ту сторону, где последний раз видел Лату.

Но вместо грязной посадочной площадки и ведущей в темноту пещер лестницы, увидел весёлую улыбающуюся девушку, которая была для него дороже жизни.

— Я так тебя люблю... — прошептал он.

Ядро реактора «Танатос» взорвалось через три с половиной секунды после того, как он нажал на кнопку.

Ударная волна от взрыва разошлась во все стороны и пронеслась по техническим тоннелям, достигнув электростанции.