— Да и кто бы мог подумать, что еда, которую ты дал мне может оказаться настоящей. То есть, я хотела сказать, откуда мне было знать, что это была еда? Я убежала, то потом все-таки не смогла удержаться от того, чтобы не откусить кусочек. Ведь это пахло настоящей едой и было так вкусно, что я съела все до последней крошки.
— Еще бы, — вставил Фелиз, вспоминая о тех двух толстых ломтях самого настоящего хлеба и зажатом между ними огромком куске холодного мяса. У него потекли слюнки.
— Это было так вкусно!
— Я знаю, — сказал Фелиз.
— Просто объедение.
— Да знаю я. Знаю.
— Особенно начинка. Такая мягкая, ароматная, просто тает во рту…
— Да замолчишь ты или нет?! — в отчаянии взмолился Фелиз. — За последние полгода у меня во рту не было ни крошки.
— Ты не ел целых полгода?! — воскликнула девушка, глядя на него округлившимися от изумления глазами.
— Почти. По крайней мере, за сегодняшний день ничего приличного мне съесть так и не удалось! — прорычал Фелиз в ответ. — А выбраться из этой клетки я не могу, — добавил он упавшим голосом. — Вот так и сдохну здесь от голода.
— Нет, не надо! Не делай этого! — запротестовала девушка. Она подбежала к двери его камеры и дотронулась до чего-то. Раздался щелчок, и дверь открылась. Она же вбежала внутрь и схватила его за руку. — Идем, я отведу тебя к тому странному домику в лесу, и тогда ты сможешь раздобыть еды и для себя.
Фелиз перевел взгляд с нее на открытую настежь дверь камеры. Он открыл было рот, собираясь, видимо, что-то сказать, но затем передумал и снова закрыл его.
— Что? — спросила девушка. — Я сделала что-нибудь не так?
— Нет, — с большим воодушевлением ответил Фелиз. — Все правильно. Все в порядке. И будет еще лучше, когда я смогу, наконец, подумать обо всем на полный желудок. А теперь пойдем отсюда. — И он направился в дальний конец коридоры, куда прежде отступала она.
— Не туда, — окликнула его девушка. — Лучше пройти здесь. Тут в стене есть дыра. Так быстрее.
Глава 6
Они вылезли на улицу через провал в стене и зашагали по погруженным во тьму улицам, кое-где освещенным тусклым светом редких, чудом уцелевших фонарей, пересекли площадь и направились к городской окраине. Попадавшиеся изредка им невстречу прохожие в черных одеяниях не обращали на них никакого внимания. Точно так же, как не удостаивали их даже взгляда и пестро одетые горожание — что особенно огорчало спутницу Фелиза, и к тому времени, как они выбрались из города, она уже громко хлюпала носом.
— Дальше придется блуждать в темноте, — мрачно изрек Фелиз.
— Но это совсем недалеко отсюда, — успокоила его девушка.
— Ага, — хмыкнул Фелиз. — Рассказывай! Я здесь уже бродил сегодня.
— Да, но ты ходил кругами, — сказала девушка. — Я следила за тобой. А вообще, мы должны дойти туда минут за десять.
И, разумеется, она оказалась права.
* * *
— Вот здорово! — сказал Фелиз, помогая своей спутнице пролезть через люк и закрывая дверцу отсека. В тот же момент автоматически вспыхнули лампы в каюте, отсеке управления и там, где прежде был камбуз. — Я мог бы съесть целиком лошадь и проспать неделю, не меньше.
— А что такое лошадь? — поинтересовалась девушка. — И зачем тебе ее есть?
— Тебе когда-нибудь доводилось слышать об ускоренном обмене веществ?
— Нет. |