|
Его звала Юдит. Он устремился вниз по лестнице и через весь дом. Ее голос привел его на кухню, просторную и прохладную. Юдит стояла у окна. Рама его рассыпалась в прах много лет назад, открыв доступ вьюнку, который, изобильно разросшись внутри, начал гнить в своей собственной тени. Лишь тонкие лучики солнца проникали сквозь листву, но их было достаточно, чтобы осветить и женщину, и ее пленника, прижатого каблуком к полу. Это был Отдохни Немного. Углы его огромного рта были опущены вниз, как у трагической маски, а глаза – возведены к Юдит.
– Это оно? – спросила она. – Это оно. С приближением Миляги Отдохни Немного издал пронзительный, жалобный вой, который вскоре перешел в слова. – ...я ничего плохого не сделал! Спроси у нее, пожалуйста, спроси, спроси у нее, сделал ли я хоть что-нибудь плохое? Нет, не сделал. Просто сидел, не высовывался, никого не трогал... – Сартори был не очень-то тобой доволен, – сказал Миляга. – Но у меня не было никакой надежды на успех! – протестующе заявил Отдохни Немного. – Как я мог помешать тебе, Примирителю. – Так ты и это знаешь. – Знаю, конечно, знаю. Мы должны обрести целостность, – процитировало существо, идеально копируя Милягин голос. – Мы должны примириться со всем, чем мы были когда-то... – Ты подслушивал. – Ничего не могу с собой поделать, – сказал Отдохни Немного. – Я был рожден любознательным. Но я ничего не понял, – поспешил он добавить. – Клянусь, я не шпион. – Лжец, – сказала Юдит и, обращаясь к Миляге, добавила: – Как мы его убьем? – В этом нет нужды, – ответил он. – Ты боишься, Отдохни Немного? – А ты как думаешь? – Ты поклянешься в вечной преданности мне, если я сохраню тебе жизнь? – Где мне расписаться? Только укажи мне место! – И это ты оставишь в живых? – спросила Юдит. – Да. – Зачем? – спросила она, сильнее вдавливая в него свой каблук. – Ты только посмотри на него! – Не надо, – взмолился Отдохни Немного. – Клянись, – сказал Миляга, опускаясь рядом с ним на корточки. – Клянусь! Клянусь! Миляга перевел взгляд на Юдит. – Отпусти его, – сказал он. – Ты ему доверяешь? – Я не хочу запятнать это место смертью, – сказал он. – Пусть даже его смертью. Отпусти его, Джуд. – Она не шевельнулась. – Я сказал, отпусти его. С явной неохотой она приподняла ногу на дюйм, и Отдохни Немного выкарабкался на свободу и немедленно ухватил Милягу за руку. – Я твой, Освободитель, – сказал он, прикасаясь своим холодным влажным лбом к ладони Миляги. – Моя голова в твоих руках. Именем Хайо, Эратеи и Хапексамендиоса я отдаю тебе свое сердце. – Принимаю, – сказал Миляга и поднялся на ноги. – Какие будут приказания, Освободитель? – Наверху рядом с лестницей есть комната. Жди меня там. – Во веки веков! – Нескольких минут будет вполне достаточно. Существо попятилось к двери, не переставая суетливо кланяться, а потом пустилось бегом. – Как ты можешь доверять такой твари? – спросила Юдит. – А я и не доверяю. Пока. – Но ты пытаешься, ты хочешь этого. – Человек, не умеющий прощать, проклят, Джуд. – Так ты можешь простить и Сартори, а? – сказала она. |
