Вытиснувшись из толпы, Луис мелкими перебежками: где от группы к группе, а где вместе с группками зрителей — выбралась из здания бойцовского клуба и поспешила к прокатной машине. Усевшись за руль, она выпустила Прести, жутко обалдевшего от места, в котором побывал с хозяйкой, отчего поначалу притихшего, и стала следить за выходом из клуба.

Она как-то не учла, что бойцы из здания могут выйти, не используя парадного входа. Если бы не дракончик, радостно хрюкнувший при виде знакомого человека, она бы и не обратила внимания на одинокую фигуру, постепенно уходившую от клуба.

К нему никто не подошёл, хотя ему пришлось идти между небольшими компаниями зрителей, вышедших подышать прохладным ночным воздухом.

Вспомнив крепкий запах пота: и старого, словно впитавшегося в стены нелегального зала, и нового, особенно в сочетании с вонью от курева и спиртного, — девушка поморщилась и вздохнула. Впечатлений — целая куча. И нужно время, чтобы понять, как она сама относится к тому, что довелось пережить в этом месте… А ещё, пока следила за уходящим Дэниелом, раздумывала над следующим: если Дэниела не предупреждать, что она уезжает, кто будет ухаживать за ним, сделай с ним ещё одну подлянку один из бойцов, с кем он будет драться, не зная, что её уже нет на Кэссии? А если предупредить, как смотреть в его глаза?

Некоторое время Луис наблюдала за Дэниелом, которому предстояло пешком проделать довольно длинный путь — после драки, стоившей ему много усилий. Почему никто ему не предложил доехать? Почему он сам не вызвал такси? И решилась.

Некоторое время она ехала вровень с ним — по дороге, параллельно пешеходной дорожке, по которой он брёл, — специально, чтобы он обратил внимание. Он обратил. Шагнул угрожающе к окну — и оторопел: Прести ткнул мордочкой в стекло дверцы, расплющив и так плоский нос! Под радостное взвизгивание дракончика Дэниел открыл дверцу, взял на руки Прести и сел рядом с девушкой.

— Как давно ты здесь? Почему в таком виде? — уже изумлённо спросил он, с интересом разглядывая её. — Тебя трудно узнать.

— Спасибо, — отозвалась девушка.

Она покосилась на него. Дэниел сдвинул брови — и понял.

— Зачем ты приехала?

— Увидеть, как это происходит. — Договорив, она помолчала и добавила, понимая, что с ним надо всё-таки быть честной: — Я надеялась узнать, почему ты начал ходить в этот клуб.

— Узнала?

— Да. Слышала один разговор, на чём тебя поймали. Через три дня я улетаю с Кэссии. И тебе больше не придётся драться.

— Узнала, значит, — повторил он и тяжело задумался, машинально поглаживая блаженно распластавшегося на его коленях Прести. И лишь через несколько минут предложил: — Давай поговорим дома. Что-то сейчас об этом говорить не хочется.

Девушка хотела ответить: нет смысла разговаривать о том, что яснее ясного, но вспомнила, как он дрался, представила, сколько наверняка ему пришлось пережить, чувствуя своё не до конца выздоровевшее тело. И промолчала. Дома так дома.

У её бара они остановились. Луис быстро переоделась — снова прямо в машине, а Дэниел вызвался перегнать машину в прокатный гараж. Со служебного входа девушка забежала в коридоры бара, добралась до гримёрки и попросила девочек сообщить о её приходе Санни. Тот обрадовался, что она уехала не на всю ночь, как предполагала сначала, и снова распределил её номера так, чтобы между ними вставить выступления других артистов.

Когда она села на сцене для последнего выступления, взгляд почуяла сразу. Будто рассеянно оглядывая зрителей, в самом тёмном углу, за самым дальним столиком, она заметила Дэниела. Улыбнулась, после чего пела только ему.

Прежде чем выйти к нему после рабочей смены, она подошла к Санни. Тот сидел у себя в кабинете, за письменным столом, что-то подсчитывая, и поднял голову сразу.