Сердце Руиза подпрыгнуло в груди и застряло у него в горле. Что‑то было страшно не так, как надо. Он надел бронированный костюм, как только лодка резко ударилась о причал. Прежде чем лодка выпустила причальные канаты и намотала их на кнехты, он уже отвинчивал потолочный люк.

– Внимательно за ним следи, – сказал он Олбени. – Если он сделает что‑то, что ты не поймешь или не разгадаешь сразу, убивай его. Не беспокойся обо мне – я буду вне пределов досягаемости. Кроме того, может статься, что я только что потерял смысл жизни и мне больше не столь уж важно, выживу я или нет. Если ты станешь колебаться, прежде чем его убить, тогда мы оба можем погибнуть, так что не сомневайся и не зевай.

Он выбрался наружу. Когда он спускался по приваренной лесенке на причал, он услышал, как Публий начал что‑то говорить оживленным любопытным голосом. Он надеялся, что Олбени достаточно умен, чтобы не болтать.

Он приземлился на обе ноги, спрыгнув с лесенки на причал, и поднял обе руки в знак своих мирных намерений. Ближайший робот‑убийца пронес через причал и схватил его руки мягкими захватами.

– Что ты хочешь? – спросил он немодулированным механическим голосом. Он выпустил детекторы и проверил, какое оружие Руиз носит с собой.

– Там, внутри, моя собственность, – ответил Руиз.

Он заметил, что на роботе‑убийце цвета одной из влиятельных пиратских семей. Оглянувшись, он увидел, что большая часть известных ему пиратских домов отправила сюда своих роботов‑убийц, чтобы они стерегли казармы. Что такое могло случиться?

– Произошли непредвиденные обстоятельства, – сказал робот. – Твое имущество может быть повреждено или в настоящий момент недоступно.

Руиз почувствовал, что у него задрожали колени. Мышцы его грозили превратиться в воду.

– Какие еще непредвиденные обстоятельства?

– Нам не дано указание обсуждать происшедшие события. Ты можешь забрать свое имущество, если оно не повреждено и доступно. Если же нет, тебе придется разговаривать с управляющим.

Робот отпустил его запястья и отодвинулся в сторону. Руиз кивнул и прошел внутрь, словно в кошмаре.

Казармы наверняка были сценой какой‑то кровавой бойни. Трупы сражавшихся убрали, но тут и там были брызги уже ставшей коричневой крови, всюду был запах недавней страшной резни. Запах разложения, экскрементов, мочи, настойчивая вонь энергетических разрядов. Руиз стал идти все быстрее и быстрее, пока не добежал до тех камер, где он оставил Низу и остальных.

Двери были открыты, дверные проемы чернели, изуродованные теми же энергометами, которые разрушили входы в казармы. Самое странное, что двери, казалось, взорвали изнутри.

Он резко притормозил свой бег, ловя ртом воздух, хотя такой краткий пробег вообще не должен был бы стать для него нагрузкой. Он не мог заставить себя немедленно войти в ее камеру.

Из той камеры, где Руиз оставил Дольмаэро, выполз андроид. На нем была серебряно‑голубая униформа казарм Алмазной Фасолинки.

– Тут были твои рабы? – спросил он.

– Да, – ответил Руиз слегка дрожащим голосом.

Андроид на миг замер. Видимо, это была слишком примитивная модель, чтобы она легко могла переключаться с одного режима позиций и мнений на другой. Потом андроид улыбнулся чудовищно гротесковой искусственной улыбкой.

– Пойдем, – сказал он, – Алмазная Фасолинка хочет с тобой поговорить.

– Погоди, – ответил Руиз Ав. – А где моя собственность?

– Пропала. Нам очень жаль. Алмазная Фасолинка поговорит с тобой об этом поподробнее.

Руиз протолкался мимо андроида в камеру Низы. Андроид попытался было загородить ему дорогу, хотя особой решимости в его движениях не было, и существо только неловко подергало его за броню.