|
Этим незваным гостем был Целий Руф. Находившийся там же Лаурей принялся оправдываться, говоря, что просил господина подождать в таблинуме, но тот заявил, что пришел по крайне секретному делу и не хочет, чтобы его видели все кто попало. — Все в порядке, можешь идти, — успокоил раба Цицерон и, обратившись к гостю, сказал: — Я всегда рад видеть тебя, Целий, но, боюсь, в конце столь утомительного и полного разочарований дня моя компания покажется тебе скучной. В ответ на это Целий лишь улыбнулся и заявил: — Возможно, у меня есть новости, которые поднимут тебе настроение. — Что, умер Красс? — Наоборот, — как молодой конь, заржал Целий, — жив, здоров и сегодня вечером собирает большое совещание в предвкушении победы на выборах. — Правда? — вздернул брови Цицерон, и я увидел, как краска возвращается на его лицо, и оно хорошеет, словно цветок, омытый дождем. — Кто будет присутствовать на этом совещании? — Катилина, Гибрида, Цезарь и кто-то еще. Кто точно, я не знаю. Но когда я уходил, рабы уже расставляли стулья. Я узнал об этом от одного из секретарей Красса, разносившего приглашения как раз в то время, когда проходило народное собрание. — Ну-ну, — задумчиво промурлыкал Цицерон. — Что бы я только ни отдал, чтобы подслушать их речи сквозь замочную скважину! — Это можно устроить, — беззаботно ответил Целий. — Совещание будет проходить в зале, где Красс всегда проводит свои деловые встречи. Иногда, как сообщил мне мой человек, он желает, чтобы рядом находился секретарь и вел записи этих бесед, но так, чтобы собеседники об этом не знали. Специально для этого в комнате оборудовали потайную нишу, спрятанную за гобеленом. Мой информатор даже показал мне ее. — Ты хочешь сказать, что Красс подслушивает даже самого себя? — с удивлением спросил Цицерон. — Какой государственный деятель станет заниматься такими вещами? — Иногда люди в беседе с глазу на глаз дают обещания, которые они никогда не дали бы в присутствии свидетелей. — Значит, ты мог бы спрятаться там, а потом пересказать мне их разговор? — Нет, не я, — усмехнулся Целий. — Я ведь не секретарь. А вот Тирон мог бы. — Целий похлопал меня по плечу. — Тем более что он владеет волшебной техникой скорописи. * * * Сейчас, когда свидетелей тех событий уже не осталось, я мог бы безнаказанно похваляться, что с готовностью согласился выполнить это самоубийственное поручение, но это было бы неправдой. На самом деле я пытался всеми путями отбрыкаться от плана Целия, приводя все контраргументы, которые приходили мне в голову. Как я проникну в дом Красса незамеченным? Как я выберусь оттуда? Как я разберу, кто в данный момент говорит, если буду находиться в темной нише за ковром? На каждый мой вопрос у Целия был наготове ответ. Но истина — в том, что мне было до смерти страшно. — А если меня поймают? — спросил я Цицерона, подойдя наконец к главному, что меня беспокоило. — И будут пытать? Я не герой и не могу обещать, что не выдам вас под пыткой. — На суде Цицерон будет все отрицать, — тут же предложил выход скотина Целий, — и заявит, что ты предпринял эту вылазку по собственной инициативе, а он ни о чем не догадывался. Кроме того, всем известно, что показания, добытые под пыткой, не имеют юридической силы. |
